лодильником и происходит красочное «ПЫЩ!!» от генератора и баллонов газа, так что срочно прикрутил туда длинные стальные арматурины и проволку, действовавшую в качестве заземления. Генератор, работавший на газу, был критичен ещё и тем что теперь от него заряжали аккамули РДУЛЗов, а также по-прежнему на электричестве зижделся холодильник.
     В связи с устроением новых укрытий на уши попался некоторый диссонанс от присутствия одной лошади среди трёх медведей, но тут уж было ничего не протрясти. Кроме того грызи намеревались ещё эксперементировать с другими жывтоне с крупным мозгом, а к таковым относились помимо прочих и тигры. Правда ввиду явной травмоопасности к ним подходили куда осторожнее, чем к копытным или толстобоким мишкам. Тем не менее, всем было вполне чисто — раз уж зацокнулись, то всё. В оперативном плане это означало, что придётся городить навесы для разных типов тушек: медведу высокий потолок как рыбе зонт, а вот лошади он просто необходим, иначе не влезет. За Номер Семь несколько обеспокоились, когда Запас начал травить анекдоты — лошадь ржала, как лошадь, и каталась по земле. Правда тут же провели следственный эксперимент и выяснили, что с тем же успехом можно читать ей словарь, эффект будет тот же.
    
     Воисполнение громадья планов команда отправилась, естественно, на помойку. В данном случае сошли развалины на дне провала, из которых немудрено наковырять чего нужно. В данном случае требовались, пух из хвоста, стальные уголки и трубы, дабы соорудить лестницу для залазания на опору ЛЭП. Линия частично шла по полям, частично вдоль просеки, поэтому появлялась возможность прикрутить финю на крышу грузовика и с неё спокойно развешивать провода по... ну, это в идеальном случае — по изоляторам, а так как их на месте не хватало, приходилось просто подвязывать кусками пластиковой изоляции и уповать на то, что эта кустарщина сколько-то продержится.
     Дно провала, следует уцокнуть, представляло из себя довольно интересную местность с куртинами кустов на возвышенностях, а в ямах наблюдался жёлтый размокший от воды песок и ещё ниже — собственно вода. После того как грунт провалился, она начала набираться в низменности и в иных местах образовывала целые озерца, на которые не приминули усадить гузла утки. От обилия мелких прудов в воздухе тянуло прохладой, так что возиться тут оказывалось удобно, а вот выносить трофеи не очень. Пуха ли, если пришлось на ходу ставить на воду большой железный бак и на нём переправляться через широкую залитую водой канаву. Тоесть, сухо бюрократическим языком — осуществлять ещё и наводную операцию с применением плавсредств. В бак, естественно, поставили мачту с флажком, а на борту судна появилась надпись «Показательный!1».
     В то время как один групп гонял по лесам и полям зверьков, прокачивая их навыки, другой таки приступил к. Ввиду того чочо вопросы в онотолиате пробивались весьма быстро, провод появился. Как батанили знающие идиоты, такой обычно нагружали мощностью до мегаватта при напряжухе в три тыщи вольтов. Вышестоящая инстанция, тобишь всё тот же куросынский онотолиат, взялся организовать приезд бригады для того чтобы наладить трансформатор и подключить всю галиматью, но протянуть провод предстояло своими лапчонками. Для этого были использованы по назначению дрели, ножовки и прочая погрызень, дабы соорудить...
     — Уши мои уши, — вздохнул Котран, глядя на громоздящуюся на машине галиматью, — По-моему точнее всего про это сказала бы Дерри.
     — Да ладно, — цокнул Развел, — Сойдёт.
     — Конечно сойдёт, куда она денется.
     Фигня, прикрученная к автомобилю, состояла в основном из двух лестниц и могла как раскладываться на манер стремянки, так и убираться, чтобы не откручивать её каждый раз. В раздвинутом состоянии со ступенек вполне можно было достать до верха опоры, если поставить грузовик вплотную. На этой же конструкции вывешивалась катушка провода, разматывающаяся по мере прохождения процесса. Лазать по «стремянке» и натягивать провод было нелёгким развлечением, так что трясущие неоднократно пытались придумать, как привлечь к этому делу косолапых, у которых Дури изрядно, да и лапы потолще. Придумать так и не удалось, зато медведы активно учавствовали в стройке блиндажей...
     — Почему блиндажей?
     — Потому что «блин, даж окон нет», «блин, даж двери нет»...
     На самом деле мозги в головах не зря занимали место и воены знали, что творят. После того как состоялась прогонка плана и в наличии имелись тупо коробки с крышей и стенами, их уже по месту можно было оборудовать под нужную задачу — то ли сделать жилое гнездо, то ли место для барахла или какой-либо циклически повторящейся возни типа приготовления харчей. Кроме того, медведы основательно приучились к заготовкам дров и явно проявляли расколбас от повторения одних и тех же операций — по крайней мере, беспокоились, если их отвлекали, что уже свидетельствует о.
     Ратыш, Фира и сопредельные с ними грызи более-менее осилили пробный образец эрзац-лап для копытного жывтоне, и Номер Семь алсо стала первой в мире лошадью, спокойно ковырявшей в зубах и чесавшей себя за ухом. Из-за этой первости ей впоследствии пришлось очень здорово отдуваться, так как небезызвестные Черника и Хорь занялись поиском новых зверьков с зачатками пяки, и это дело принесло значительные плоды. В довольно скором времени в ББ стало прибывать пополнение, и лошадей набралось аж на табунчик. Семёрке соответственно приходилось постоянно рассказывать своим, почём перья.
     Как и было уцокнуто с самого начала, и о чём воены никогда не забывали — это то, что коммуникатор, делавший возможным общение с медведом, не являлся волшебными бобами и не мог враз сделать его полностью рационально мыслящим. С точки зрения любого антропа жизнь рядом с дикими ещё вчера зверями была сущим суицидом, но на самом деле куда менее опасной, чем с антропами. Все эксцессы, когда только сноровка позволяла избежать кислоты, случались исключительно по причине недостатка у зверьков опыта и просто знаний. Медведы например баловались, скатывая друг на друга бочку с жърчиком, причём полную, и решили так же пошутить с Рысой. Естественно, не будь она шустра — как минимум ноги бы отдавило. Когда эта истина была донесена до косолапых,они неиллюзорно смутились и больше так никогда не делали... по крайней мере с бочкой.
     При этом все причастные заметили, что больше всех выступает именно Семёрка: лошадь терпеть не могла, когда ходят по траве, а трава здесь была просто напросто везде, так что серая регулярно устраивала истерики по поводу «натоптали тут». От этого заскока её избавить так и не удалось, но поскольку вопли особо никто всерьёз не воспринимал, а вреда от них тоже не наблюдалось — так и пух бы с ней.
     Поскольку в Куросынске стоял мощный ретранслятор, в околотке вспахивали лучевые интернетницы, кстати цокая уже не старых компаний, а всемирной корпорации «Зло», организованной упчк. Из новостных лент Глагне Щебня воены в том числе узнали, чочо процессы подобные сдешним происходят и в других местах Земли, где местные воены помогают не менее местным же зверькам эт-самое на отличненько. Натурально, совершенно незачем тащить из Индии слонов, а тигров с Дальнего Востока — им и у себя неплохо. А уж в отсутствии под боком неуправляемых антропских муравейников — так и подавно.
     При этом стоит уцокнуть, что жывтоне ни разу не были закрепощены в смысле перемещения, и в околотке никто их не держал. Ввиду этого они периодически пропадали из видимости, порой на пару недель, но в конце концов всё равно возвращались. Это всех устраивало, а потому и происходило беспрепядственно.
     Грызи постоянно наведывались в ББ, послушать как чего и подумать над дальнейшим. Помимо известных пушей, сюда стали заглядывать и прочие, заинтересованные такими явлениями, как вполне говорящие медведы... причём по крайней мере один всё так и говорил слово на «д». Нередки стали случаи, когда на поляне возле кухни собиралось изрядное количество хвостов различного типа, в том числе несуществующих хвостов, и происходило перетирание.
     — Воу, — подвысунув язык, жмурилась Лисё, — Не думала что доживу до такого.
     Остальные были всецело согласны, наблюдая за собранием.
     — Всё-таки всё это погрызище разведено не чисто поржать... — цокал Ратыш, прохаживаясь туда-сюда по площадке, вокруг которой почти кругом расположились уши.
     — А грязно поржать! — вставила Фира, сидевшая в обнимку с медведами.
     — Да. Всмысле, есть общий план тряски. Цокнуть так, как всё это вывести на маршевый режим.
     — Озвучьте, пжлст.
     — Озвучиваю: жепь! Пепяка!! ОНОТО... Кхм, — грызь мотнул ушами и успокоился, — Значит, дело довольно несложное. Вот кпримеру спросим у Дерри, нравиться ли ей в околотке?
     — Дерь... Кхм! Всмысле да, нравится, — ответила медведиха.
     — А почему?
     — Нуээээ...
     — Йа попробую ответить за тебя, — цокнул Ратыш, — Потому что тебе интересно. Разговаривать с другими чуществами, чему-то учиться, и так далее. Так?
     — Угу, — почесала тыкву Дерри.
     — Ещё бы не так, — сказал Котран, — Берлоги тут пока то-самое, да и кормят наверное даже меньше, чем раньше.
     — Не в кормёжке всё дело, — фыркнул Куриный.
     — В запятую, — кивнул грызь, — А поскольку, то для вас главное, зачем вы сдесь — это именно поржать, в широком плане.
     — И всё? — удивилась Дерри.
     — Нет не всё. Дело в том что можно одновременно ржать и извлекать профит. Все знают, что такое профит?...
     — Да, но зачем он? — задумалась лошадь, перестав лупить траву, — Это напоминает антропов.
     — Профит затем, чтобы в нулевых иметь возможность ржать. В том смысле, что йа цокнул выше, — пояснял грызь, — Это сейчас мы вам подогнали коммуникаторы, пяни и так далее, а если бы нет?
     — Звучит верно, — согласились медведы.
     — Это ноль. Единица — это то что тот кто извлекает профит, устраивает мир так как ему нравится. За примером далеко ходить не надо.
     — Ффуууу...
     — Вот именно, — заключил Ратыш, — Если у вас будет профит, антропы идут в жепь по полной программе.
     — Грязновато цокнул, — заметила Фира, — Антропы как таковые тут ни при чём. В жепь идёт любой недоумок, считающий что мир сделан для него лично.
     — Да, спасибо, так...