этой оптимистичной ноте, доберман завёл двигатель и плавно, на первой передаче тронулся в путь, постоянно выглядывая за окно, поглядеть по какой траектории идёт машина. Мы ехали очень медленно около ста метров по развалинам древнего небоскрёба, держась за поручни и тщательнейшим образом смотря на дорогу. Я было вызвался идти впереди, но Доберман не хорошо на меня посмотрел и сказал:
    -Мне-то может ещё какую-нибудь лапу новую сделают, пришьют. А у тебя в мозгах процессора нету.
    -Тогда дай мне хотя бы за руль сесть.
    -Ты так точно не проедешь. Я буквально под колёсами только мины снимал — под днищем они всё ещё есть.
    -Да ты что вообще думаешь!? — я открыл дверь и попытался выйти — не нарвусь я ни на что!
    Но доберман тут же схватил меня за шиворот, втаскивая обратно. Пока я залезал обратно, он показал мне на хитрую ловушку — огромный противотанковый блин, под которым хитро лежала какая-то граната. Я прищурился.
    -Давай этот блин с собой возьмём, а? Лежит тут у всех на виду...
    -Это не обезвредить. Приподнимешь — взорвется. Надавишь — тем более. С места не сдвинуть. Три-четыре миллиметра и никакое тяжёлое детство не поможет.
    Я постарался успокоится и даже прикрыл глаза, представляя что такая вот ловушка уже где-то у нас под днищем. Одно обнадёживало — Добб знал, что делал...
    Наконец-то мы вырвались из этого ада, и доберман снова врубил последнюю передачу. Теперь мы летели по дороге куда более ровной — оставалось всего несколько поворотов до места нашего назначения. Я расслабился.
    Скрипнув тормозами, машина остановилась у большого входа в главное здание института исследований ядерной энергии. Вся территория объекта считалась режимной и строго охранялась — но охрана явно была на бандитов, а не профессионалов. Профессионалами могли бы считаться мы — но нам был уготован парадный вход.
    Внутри здания, у проходной, мы поняли что денег на защиту атомных реакторов и топлива для них не жалели. В коридоре нас встретили неприветливым писком две автоматические турели, которые, судя по наличествующей механике, могли обстрелять коридор и весь проходной зал — но почему-то этого не делали. Может патроны берегли...
    Само помещение создавало странное впечатление, будто оно было собрано из кубов — полтора метра каждый. Такое блоковое построение здания было довольно надёжным, но уж больно оно давило на нас с потолка — повсюду были этим самые кубы.
    -Добро пожаловать В институт ИЯЭ, — сказал холодный женский голос из всех углов сразу, — Просим вас предъявить идентификатор номер шесть.
    Добб, крутивший стволом во все стороны, успокоился сразу, как только я достал карточку из кармана. Всё-таки шестёрка. Но тогда почему же мы ехали по девятому маршруту — и ничего, не считая нападения и минного поля, не произошло?
    -Идентификация пройдена, — утвердил роботизированный голос и на полу зажглись небольшие зелёные стрелочки, — Пожалуйста, следуйте по отмеченному пути. Предупреждаем вас, что при отклонении от заданного маршрута более чем на пять метров мы применим силу.
    Мы втроём переглянулись — было бы гораздо лучше, если бы нас встретили живые существа, а не автоматика — уж с ней-то не поспорить. Мы втроём пошли по стрелкам.
    Вели они нас исключительно прямой дорогой — после проходной мы вышли на улицу и там дальше прямо, под прицелом у автоматических турелей, которые и не думали спускать с нас свои электронные глаза.
    Сам центр, пока мы неторопливо шли по его территории, был довольно-таки красив и неплохо устроен. Несколько разнесённых друг от друга корпусов, кусты, даже не молодые деревья — редкость в наши дни, а в Москве похоже обыденность — всё-таки здесь почва не была превращена в стеклянную корку, и поэтому растений было много.
    Здесь же, в институте, за растениями был даже надлежащий уход. Аккуратно подстриженные кусты и посаженные по линеечке деревья — на фоне того что мы видели на проспекте здесь был просто райский уголок.
    И в этом райском уголке даже оказались какие-то обитатели — в кустике неподалёку от нас прятался какой-то молодой ящер в белом распахнутом халате, под которым был виден камуфлированный комбинезон. Я поднял лапу веля Терминатору и Доббу остановится.
    -Эй! Привет, мы тут проходом! — позвал я его, и ящер, поняв что речь о нём, сразу же показался.
    -Не уходите от стрелок — иначе тут такое начнётся... — предупредил он нас.
    -Да, мы знаем... Не прогуляешься с нами? Тут немного не уютно.
    -Ребят, я бы с радостью, но мне ещё работать, ага? Ради вас же трудимся...
    -Вот хотя бы можешь рассказать что вы задумали? — спросил я, чуть потянувшись к нему. Ящер не испугался, зато я не на шутку перепугался, когда соседняя турель на небольшой башенке, раньше смотрела на Добба, а теперь с нехорошим щелчком повернулась ко мне.
    -Это же секрет, но до поры, до времени. Скажу вам так — такого маленького ядерного реактора пока нету в мире. Мы очень надеемся, что всё сработает и мы сумеем повторить его.
    -Маленький ядерный реактор? Тогда зачем нам столько урана?
    -Столько? Господа хорошие — вам выдают только пару грамм — этого должно хватить по нашим расчётам вам до Владивостока и обратно.
    -Опять во Владик?
    -О, нет поводов беспокоится — пока мы будем переделывать ваш паровоз, вы все посидите здесь, в Москве — уж вам-то работёнку мы найдём, — ящер довольно засмеялся и показал нам лапой в сторону стрелок, — Вам стоит поторопиться — система не очень любит бестолковую болтовню...
    Дав нам понять, что разговаривать больше не собирается, ящер снова залез куда-то в кусты. Я даже удивился — садовником он тут что ли был?
    -Кажется я начинаю понимать, что они задумали... — с улыбкой прошептал доберман.
    -И что?
    -Отложим этот разговор до лучших времён, дружище.
    -Ну или пока не закончим со всем этим.
    -Это точно, — подтвердил Добб, входя в другой корпус института — стрелочки теперь вели нас по зданию, куда-то наверх.
    -Не нравится мне, что используют нас как потаскунов, а не объясняют ровным счётом ничего! — посетовал песец.
    -Ты в этом не одинок, — усмехнулся я.
    Наконец зелёные стрелочки привели нас к глухой стене и погасли. Мы остановились и внимательно оглядели стену. Так же как и всё вокруг, она была поделена на ровные квадраты, серого цвета. Вся стена была обшита тонким слоем метала — я подумал что это был свинец.
    -И что дальше? — подумал я вслух. На мой голос тут же отреагировал свет — в довольно просторном зале стало немного светлее и я увидел на стене два светофора, расположенных на расстоянии двух квадратов друг от друга. Я сделал шаг назад и на них загорелся красный.
    -Ваш идентификационный номер, — потребовала миссис «Стальной голос» откуда-то с потолка. Мы переглянулись и я, задрав голову вверх, чётко и громко произнёс:
    -Шесть!
    На светофорах загорелся жёлтый свет. Потом, они замигали и за стеной раздалось мощное шипение.
    В бетонный блок перед нами что-то бухнуло и с потолка посыпалась мелкая крошка побелки. Громкий скрип пробрал до костей — и два квадрата между светофорами углубились в стену.
    -А что, неплохо, — пожал плечами доберман и шагнул к ним. Вместе с ним пошёл и я — терминатор остался сзади.
    Две стальные створки с громким электрическим гулом разъехались в стороны. Эффектно.
    Мы втроём вошли в зал. В котором тут же загорелся свет. Не очень яркий, но и не очень тусклый — в центре большой комнаты, состоящей, как и все из квадратных блоков, на невысоком постаменте лежал железный ящик, длиной метра в полтора, шириной в сорок сантиметров. Высоту я его оценить сходу не смог — скорее всего он уходил немного в свой постамент днищем.
    -Поздравляю — пол дела сделано, товарищи, — я подставил обе лапы своим друзьям — всё-таки то, что мы дошли до груза уже что-то значило. Доберман и песец слегка шлёпнули по моим лапам.
    Дальнейших инструкций свыше нам не последовало — поэтому мы прошли к ящику, внимательно его оглядев. На вид он казался очень тяжёлым — стальные уголки, чёрная литая крышка из странного материала похожего на мрамор. Сверху торчали две довольно удобные ручки. В них и был небольшой подвох...
    -Наручники, — сказал песец с другой стороны ящика, — они что, совсем оборзели с таким грузом — в наручниках!?
    -Поверить не могу. Хех. Ну ладно, вы их не надевайте — несите так.
    Мои друзья схватились за ручки и потянули ящик вверх — не тут-то было. Стоял как влитой, хотя я слышал как затрещала гидравлика в экзоскелете песца. Обычно он мог машину приподнять в одиночку.
    -Стойте... — велел я, понимая, что они могут и ручки у ящика оторвать.
    -Наверное, наручники придётся одеть, — сказал Добб, прищурившись.
    -Я в эту дрянь не полезу! — сразу же ощетинился песец, — мне для стрельбы нужны обе лапы!
    -А надо...
    Я внимательно оглядел браслеты и цепи, которыми они были прикреплены к ящику. Как и сам груз, на вид они были тяжёлыми и прочными, но явно не очень надёжными. Я попробовал защёлкнуть браслеты в воздухе — песец попробовал приподнять ящик — не вышло. Солдаты только пожали плечами — поднять ящик без особого труда наверняка могли только они, но и основная разрушительная сила тоже лежала на их плечах. Я стал думать что нам делать.
    -Так, давайте тогда следующий план. Так как я вам особо не нужен — наручники одеваю я, а ящик тащите вы.
    -Идея годная, — кивнул Терминатор.
    -Да. А на выходе мы с тебя эти наручники сорвём, как пить дам.
    Я тяжело вздохнул. Порой я сомневался кто из нас лучше соображает — я или Добб, хотя оба были тупыми.
    -Ты зачем это здесь сказал?
    -Затем чтобы знали о нашей смекалке. Ну так что?
    Я закинул пулемёт на спину, хорошенько его закрепил, чтобы не сполз пока я буду прикован к ящику. Ощущения обещали быть не самыми приятными, но я всё равно надел на правую руку браслет и защёлкнул на запястье. Другую лапу помог приковывать Добб, что ему несомненно удалось.
    Я потряс цепями на своих браслетах, давая наручам сползти ниже. Уже через секунду после этого что-то внутри ящика пикнуло и он слегка подпрыгнул на постаменте — держали его там мощные магнитные замки.
    Я наконец смог полностью оценить наш груз — ящик был совсем не высоким — сантиметров три...