шиеся у них силы.
    -В два с половиной раза больше чем нас, — без труда посчитал я, — Даже с помощью нашей новой знакомой нам не справиться!
    -Я бы не был так уверен. Часть из них я убью по дороге — благодаря вам я вот-вот повторю в своих системах гравитационный проектор, что позволит мне менять некоторые физические законы в пределах этой базы. Так же хочу заметить, что источник сильнейших помех в радиоэфире приближается к вашему текущему местоположению.
    Я не стал отвечать. Нужно было готовиться к новому бою, но сил уже не было: часть бойцов была ранена, причём довольно серьёзно, кто-то остался без рук или ног, но это не столь страшно, как казалось. На базе полно кибернетических частей тела — если надо будет, а нам это нужно просто позарез — Кронос сможет сделать нашим бойцам новые. Но не столько удручали раны физические, чем моральные. После такого испытания многие бойцы уже не могли держать в лапах оружие, не верили в свои силы. Некоторые сидели, покачиваясь, обнимая голову руками, собирая свои мысли в порядок. Киборги из красной бригады молчаливо и прискорбно собирали останки своих погибших товарищей. Фесс и Месс стояли у стены круглого зала, уперевшись в неё лбами и казалось что они беззвучно плакали, хотя морды были совершенно сухими. Чак так вообще двинулся умом и всё кричал как безумный, до сих пор не в силах поверить, что зир мёртв. Происходящее уже не напоминало фильм ужасов — это было намного хуже…
    Я понимал всех, и очень хорошо понимал. До сих пор мы были лучшими в своей стране, а может быть и в мире, но лучшими — это громко сказано. У любого солдата последней войны, даже у человека подготовка была лучше чем у любого из нас, за исключением, пожалуй, Добба. За плечами у нас был огромный опыт сражений и побед, но сейчас мы столкнулись с противником слишком сильным, причём не только в физическом, но и моральном плане. Они лучше подготовлены, намного лучше, а мы по своей же собственной глупости забыли запастись взрывчаткой и гранатами — тогда наверное всё было бы намного лучше. Но ещё раз осмотревшись, я понял — никакой паники и истерики. Только тихие разговоры напуганных бойцов.
    И во всей этой какофонии оставались лишь несколько зверей, способных логически мыслить. Их я собрал вокруг себя: Ларсен, который не то что приуныл, а даже наоборот, воспрял духом, Шанди и Добба. Старый киборг, впрочем, тоже чувствовал себя неважно, поэтому участия в разговоре не принимал. Я всего лишь рассказал нашим о потерях, но всё и так было ясно — Кронос уже доложил им обо всём. Несмотря на это, Ларсен даже чуть улыбнулся:
    -Мои ребята погибли с честью. В этом нет вашей вины, полковник.
    -Я уже генерал, Ларсен. Ты теперь полковник. Наравне с моим другом, — я кивнул на Добба.
    -Значит мы теперь с тобой на равных, а? — Попыталась съязвить Шанди. Не знаю зачем она это сделала и чего этим добивалась, но у неё ничего не получилось.
    -Мама! — вдруг раздалось за нашими спинами, и в зале пролетела маленькая зелёная молния. Домчавшись до Шанди, её дочка крепко стиснула в объятиях свою маму, — Ты жива!
    -Хвала создателям, ты тоже… — зачем-то сказала королевская кобра.
    -Эти создатели сделали и этих тварей! — неожиданно резко вставил Добб.
    -Прости, это такое выражение…
    -Нам лучше следить за своим языком…
    Пока мои друзья вступили в долгую и скучную полемику, я оглянулся. Шанни вбежала в зал через выбитые силой двери, но я видел створки аварийных шлюзов, которые зажали хвост одному из зиров. Они были открыты, и с замиранием сердца я услышал протяжный, дикий рёв.
    -Кто оставил двери открытыми!? — на правах генерала закричал я, — К бою, всё! Они идут! Быстро!
    -Я вошла через открытые, — тихо шепнула дочка Шанди.
    -О чёрт, — выдавил Ларсен.
    -Всем собраться у дальней стены, — приказал я, понимая что рассредоточиваться — не лучшая тактика против Зиров.
    -Это ловушка…
    -Мы все умрём… — закричали наши бойцы.
    -Отставить, отставить, отставить! Сражаться до последнего зира! Мы останемся в живых! — закричал я, пытаясь подбодрить бойцов. Кто-то даже не хотел поднимать оружие.
    -Это самоубийство, — сказал кто-то в рации.
    -Отставить! Это приказ!
    -Приказ, генерал? Мы все тут равны… Они всех нас порешат.
    Я уже не мог сражаться с такой деморализацией бойцов. Никто не мог — даже предыдущий генерал не справился бы, когда матёрые и опытные киборги опускают оружие и молча ждут своей смерти. Я сам не знал что мне делать. Но не только отчаяние было в строю. Чак, смеясь сквозь зубы, вставил новый магазин в свою старую винтовку — заряды для гаусса, болтающегося за спиной, давно закончились.
    -Я нашпигую вас свинцом так, что вы не сможете ходить твари!
    Зиры уже поднимались по лестнице. Спокойно, тихо, не торопясь. Они были уверенны в своих силах как никогда. Знали о нас всё. Не боялись нас.
    Молотов вставил увеличенный барабанный магазин в свой автомат и взял второй такой же у одного из павших. Приготовившись стрелять с двух рук, он приободрил своих ребят:
    -Враг превосходит нас числом всего в три раза! Это нормально для настоящих воинов, парни!
    -А для тех кто не очень-то настоящий? — вдруг вставил кто-то из моих бойцов.
    -Смерть это всего лишь факт, с которым вам всем неизбежно придётся столкнуться! Чего боятся? Не жить же вечно!
    -Это точно, — саркастично заметил один из оставшихся киборгов красной бригады.
    Они поднимались и шли на нас, им не было числа. Все собрались здесь. Две сотни, не меньше.
    Добб поднял свой гранатомёт и накинул на голову шлем. В рации послышалась его фраза:
    -Бывало и хуже.
    Зиры выходили в зал и становились напротив нас. Мы двигались, не боялись их. Они знали, что нам некуда бежать и негде от них спрятаться. Знали, что у нас с собой нету даже одной гранаты.
    Ларсен, недавно ставший киборгом, вскинул на плечо здоровый крупнокалиберный пулемёт, и со смехом сказал:
    -Не думал, что скажу это, но… Было приятно служить с вами!
    -И не надейся дезертировать, — на всякий случай напомнил я.
    -Даже не думал об этом! Не всем выпадает шанс умереть от лап действительно достойного противника!
    Одна сотня, две сотни… Нет, тут были не все. Может даже зиры сомневались в своих силах перед нами?
    -Они умирают так же как и мы, — сказал я по рации, — Заберём как можно больше этих тварей с собой.
    Кое-кто из них припал на передние лапы, опуская свои вытянутые морды к полу.
    Мне на плечо легла светлая небольшая лапка с аккуратными чёрными коготками. Таинственная незнакомка с накинутым на голову капюшоном встала рядом со мной и подняла кулаки. Я кивнул ей, и в последний раз улыбнувшись, надел шлем.
    -Только не суйся под пули.
    Её глаза покраснели, кто-то из зиров уже взревел, показывая как он хочет драться. Я всё ждал и смотрел на этот сокрушительный отряд самого страшного оружия на земле. Лучшие воины, непобедимые. И мы против них — армия поствоенной России. Твари хотели убить нас ни за что, а мы всего лишь хотели сделать мир лучше.
    -Не помню кто там говорил про шкатулку Пандоры, — влез в эфир Шепард, но его перебила Шанди:
    -И я прошу прощения что завела вас сюда…
    -Если бы не вы, то кто-нибудь другой!
    -Покажем им.
    Наконец все бойцы подняли оружие. Заняли свои позиции и взяли каждый по зиру. Кто-то улыбался в лицо своей смерти. Кто-то собирался выжить. Бой с нашим первым зиром длился всего две минуты. Я был уверен что через пять всё будет кончено.
    Я взмахнул лапой, обираясь дать команду «В атаку!» но меня прервал странный взрыв, раздавшийся за воротами зала. Звук его был не обычным хлопком, а с сильным электрическим треском. В коридоре за Зирами погас свет, а затем там сверкнуло несколько молний. Раздался ещё один взрыв — настолько сильный, что мы все прижали уши. А затем из того же коридора, откуда появлялись боевые твари, вышла Тенесси, светящаяся как ангел. В руках её была уникальная и очень странная пушка, а весь её костюм буквально разрывался от распирающей её энергии. По нему то и дело пробегали разряды молний, некоторые касались стен и потолка вокруг нашей спасительницы. В лапе она несла тушу убитого зира, которого она через весь зал кинула в нашу сторону. Страшная тварь рухнула к нашим лапам, слепо пялясь на нас своим обезумевшим глазом. Когда Тенесси вошла в зал — от её костюма разбежались молнии, коснулись створок аварийного шлюза. Войдя в свет, она уверенно подняла оружие и зажала кнопку на своей необычной пушке.
    -Отсосите это.
    Грохнул разряд молнии такой силы, что у меня заложило уши. Зиры попытались увернуться, но от такой энергии не убежать! Молния настигла лапы двух или трёх тварей, своей энергией превращая их в прожаренный беляш с потрохами. Они замертво рухнули на пол с прожжёнными глазницами. Никаких судорог, никаких шансов выжить. Смерть.
    Подобно безумной, Тенесси рассмеялась на весь зал, а я впервые увидел то, чего больше всего ждал увидеть в Зирах: их страх. Они тут же взяли колли на мушку, на нас уже не обращая никакого внимания, они готовы были порвать её, но она смеялась им в уродливые морды, держа наперевес своё оружие. Снова зажав кнопку, она заставила оружие натужно загудеть, а в ближайших тварей полетели новые разряды.
    -Я слышала, что вы не сдаётесь. Я слышала, что вы не знаете страха. Я слышала — вы лучшие!
    Колли обвела присутствующих в зале монстров тяжелым взглядом.
    -И теперь я уничтожу вас в одиночку.
    Снова грохнул гром, и колли ринулась в атаку, буквально влетая в самое сердце толпы, противостоящей нам. Зиры в панике шарахнулись от неё, попытались убежать, но разряды несли смерть всему живому в радиусе пяти метров от нашей снайперши. Поначалу мне казалось, что пять метров это очень мало и незначительно, но видя её электропушку в работе, я понимал, что пять метров — это ужасное расстояние. Только от этой статики погибло сразу два десятка зиров, а когда Тенесси включила основной ствол, то ложиться на пол они начали пачками. Если пушка не била на тридцать метров — она захватывала двоих, троих, семерых тварей одновременно! От попадания молнии в голову или живот не могла уберечь даже крутая броня, которой были оснащены зиры. Кто-то из них, подобрав о...