и гордо сказал:
    -Полковник сказал, что поездка до Японии невозможна — и я помог вам, чем мог. О дальнейшем прошу всё узнавать у него, — президент кивнул на меня с лёгкой улыбкой, — Всего хорошего.
    Сказав это, ящер подозвал к себе своих телохранителей и быстро погрузился внутрь внедорожника, который замыкал наш состав. Попрощавшись, президент отбыл в неизвестном нам направлении.
    Шакал молча развёл лапами. Я развёл лапами в ответ, открыл пасть и обвёл ими огромный трактор, на капоте которого я гордо стоял.
    -И какого хрена? — наконец-то смог выдавить из себя генерал.
    -И вот такого, — ответил я, не найдя ничего более остроумного.
    -Потрясающе, — последовал самый адекватный ответ нашего командира.
    Между тем бойцы нашей армии уже успели расползтись по всей длине состава и капитально исследовать всю имеющуюся у нас технику. Некоторые не разделяли уверенности и оптимизма Динозаврика, и к нам наверх сунулся какой-то полосатый кот с наганом.
    -Ну и куда вы собрались? Это ездить не будет, тут нужен или джин или волшебная палочка.
    -Волшебная палочка есть у меня в штанах, — ответил Дино, слезая вниз, — а джинов не существует.
    -Дино! — протянул Молотов, тоже слезая с огромного трактора.
    -Чего? — не без энтузиазма откликнулся чёрный лис, улыбаясь своему командиру.
    -Чего удумал, хвостатый? — спросил кот.
    -На себя посмотри, шерстяной, — парировал лис, — Чего вы все от меня хотите?
    -Это будет ездить? — спросил Молотов.
    Динозаврик тяжело и с улыбкой вздохнул, и вдруг всплеснув лапами, воскликнул:
    -Ну почему!? Почему всё говно, вся самая тяжёлая работа всегда достаётся мне одному?
    -Мы рождены, чтоб из говна делать конфеты, — ответил пёс, — А по поводу первой части твоей фразы — только скажи, что тебе нужно.
    -Именно, — подтвердил Шакал, показывая на Динозаврика пальцем, — Вещай.
    Тут из кабины высунулся Добб, с найденным им огромным гаечным ключом, размером наверное, не меньше пятидесяти пяти. Протянув инструмент лису, мой друг чуть было не сделал из простой передачи предмета из лап в лапы торжественную церемонию. Когда же ключ оказался в лапах у лиса, он прижал его к груди, торжественно поднял морду, взглянул на чёрное, звёздное небо и вдохнул полной грудью.
    -Короче, — начал он, — Мне понадобится как минимум сорок зверей, которые в состоянии отличить левую резьбу от правой, дальше — паяльная лампа, ацетиленовый резак, болгарка, пара сварочных аппаратов, полтонны солидола и инструменты! Как можно больше инструментов всех мастей!
    -Все слышали что он сказал? — крикнул Генерал, — Все на поиски и чтобы к утру было всё, что он перечислил!
    Дино улыбнулся, а потом взмахнув гаечным ключом, показал в сторону востока, где виднелись в лучах восходящего солнца верхушки гигантских небоскрёбов.
    -Мы едем в Японию!
    
    Как бы не был пафосен в своих начинаниях наш главный инженер, работы было настолько много, что сорока бойцов не хватило — под началом лиса работала сотня уже на утро, и ещё три сотни растаскивали по углам плацдарма всё имеющуюся технику, чтобы из трёх делать одно, если повезёт. Уже на следующий день к плацу подвели нужную Дино электросеть и над огромной площадкой взмылься ужасающий рёв болгарок, который стоял до самого вечера. Весь день летели искры, гремели цепи подъёмников, гудели резаки и газовые лампы, а во всём этом аду из метала и огня, главным был только один Динозаврик. С самого начала он приказал разобрать все три тягача до последнего болтика, снять с них всё что не было куском его рамы или двигателя. На площадке перед вокзалом сначала появилась отчищенная от ржавчины огромная рама, потом её поставили на мосты и уже на ней начали заново собирать практически новый грузовик.
    Как оказалось, всего того, что мы притащили в первую ходку, оказалось мало, и уже на второй день меня с Доббом командировали обратно в гараж, откуда мы привезли всё это. Трактор нам велели оставить в покое, поскольку Дино задумал разобрать и его на запчасти, но хотя бы выдали какую-то машину, вроде той, на которой ездили бандиты в Красноярке. Это была совсем старенькая «Волга», тяжёлая, неповоротливая и не самая расторопная машина, которая, между тем, неплохо сохранилась для её возраста. К ней прилагался двухосный прицеп на тонну грузоподъёмности, в который мы должны были погрузить необходимые нам инструменты, технические жидкости и вообще всякие полезности, которые мы должны были найти в гараже Алмазного пика. Вместе с нами ехали ещё три бойца — вынужденная мера, так как к открытому гаражу уже начали тянуться местные жители, а пока у нас не было грузовика, очень не хотелось делиться с теми, кто не поделиться с нами в будущем. Мы пообещали народонаселению, что как только соберём всё что нам нужно — гараж будет открыт для всех желающих, а до этого момента чтоб никого постороннего там не было. Как оказалось — закрыть его пришлось бы даже после того, как мы уехали.
    Оставив трёх зверей при входе, мы с Доббом на своей волге ржавого цвета, въехали в гараж на правах полных хозяев, и решили сразу же проверить последний уровень, на котором, наверняка лежало что-то интересное. Заехав на нужный этаж, Добб включил фары и мы дружно разочаровались в последнем уровне гаража. Оказалось, что на нём не было вообще ничего, кроме пары проржавёвших насквозь вертолётов, от которых только кабина и осталась, и тягача, которым, эти винтокрылые машины сюда затягивали. Мы уже начали разворачиваться, как вдруг увидели в свете фар какой-то непонятный столбик, стоящий перед стеной, раскрашенной в чёрно-жёлтый цвет. Любопытство взяло своё, и мы, выйдя из машины, решили пройтись по гаражу и выяснить что это такое. За тридцать с лишним метров от двери мы пересекли странную разделительную черту, и тут же перед нами загорелся яркий свет. Выхватив из тьмы огромную, величиной с главные ворота бронированную дверь, он осветил и весь гараж, до самых уголков.
    -Оп-па, — только и сказал Добб, остановившись. Я тоже ничего не понял, поэтому встал как вкопанный, уставившись как баран на ворота, на которых красовалась огромная красная надпись: «М-900».
    -Мы не в алмазном пике, — сделал логический вывод Добб, — Только в его предбаннике. Сама база — за этой дверью.
    Впереди перед нами, загорелась искусственным светом невысокая трибуна. На ееё торце загорелся древний экран.
    -Попробуем? — немного со страхом сказал я.
    -Давай, — кивнул Добб, — только осторожно.
    Мы дружно подошли к древнему терминалу, парой движений стряхнув с экрана многовековую пыль. Как там сохранился монитор — ума не приложу.
    -Пройдите авторизацию, — прочитал Добб на экране, — Попробуем?
    -Думаешь пройдём?
    -Попытка не пытка, — сказал доберман и нажал прямо на монитор. Сенсоры среагировали на его прикосновение и изображение тут же сменилось.
    -Красный, сорок восемь. Что это?
    -Понятия не имею!
    Внезапно из под земли донёсся ужасающий рёв и части пола, раскрывшись, обнажили две огромные артиллерийские пушки слева и справа от нас, на расстоянии примерно в двадцать пять метров каждая.
    -Вот чёрт возьми! — заорал я, и было бросился назад, но Добб схватил меня за рукав.
    -Стой! Побежим — может быть ещё хуже! Сейчас, погоди…
    На рукаве моего костюма загорелся бортовой компьютер и начал издавать противные щёлкающие звуки — работал дозиметр. Я глянул на экран.
    -Добб, долго оставаться тут нельзя.
    -Ищу, ищу…
    Пёс сдул всю пыль с бронированного стекла и нашёл всё-таки кнопку отмены. Запрос кода исчез, но не пушки.
    -Вот блин… — только и сказал он, медленно отходя от терминала. Я пошёл за ним и со страхом понял, что орудия следят за нами и не спускают с нас прицела. Мы отошли на пять метров, и я точно видел, как они мягко и совершенно без скрипа поворачиваются в нашу сторону.
    -Назад, — тихо шептал Добб, — Они нас размажут…
    -Что делать будем?
    -Тихо! — вдруг крикнул пёс, включая фонарь. Быстрым шагом он подошёл к одной из колонн, стёр слой гари и грязи с большого, древнего объявления:
    «Доступ к точке М-900 осуществляется по президентскому коду высшего класса. При введении кода неправильно, вводящий будет уничтожен. Внимание! Пушки заряжены тактическими ядерными припасами! При попытке проникновения силой, будет запущена система самоуничтожения.»
    Дальше, ниже и от руки было приписано ещё кое-что. Попросив Добба посветить, я с трудом разобрал неровный почерк:
    «Чтобы убрать пушки, запустите систему диагностики и выйдите за ограничительную черту»
    -Это наш шанс, — кивнул Добб, — надо найти как её запускать. Пошли.
    Мы вернулись к терминалу и мой друг кое-как добрался до главного меню. Там были три большие кнопки — «Авторизация», «Самоуничтожение» и «Диагностика». На последнюю Добб и положил свой большой палец. Исчезнув, экран поглотила чернота, а из неоткуда раздался холодный синтезированный голос, похожий на мужской:-
    -Научно-военная база М-900, отчёт по состоянию. Текущее состояние — закрыта. Дверь запечатана в течение трёх сот двух лет, восьми месяцев и девятнадцати дней. Отчёт по источникам Энергии: Вакуумный реактор — не активен. Атомный реактор номер один — не активен. Атомный реактор номер два — не активен. Атомный реактор номер три — заглушен. Атомный реактор номер четыре — не использован. Геотермальный источник энергии номер один — активен. Геотермальный источник энергии номер два — уничтожен. Солнечные батареи — активны. Плазменный реактор номер один — не использован. Плазменный реактор номер два -не активен.
    -Фига себе, — только и выдавил Добб. Я думал примерно о том же, но немного быстрее.
    -Убираемся отсюда теперь, — сказал я, дёргая за рукав своего друга.
    -Точно, — согласился доберман, медленно отступая за полосу, нарисованную на полу. Как только мы пересекли линию, свет напротив нас погас, а пушки, пусть и с трудом, но убрались в землю. Дозиметр на моём рукаве перестал щёлкать, а экран панели доступа погас.
    Некоторое время мы стояли молча, пока я, на грани истерики, не выдавил из себя пару слов:
    -Что это было?
    -Что-то очень надёжное, — ответил мой друг, — настолько надёжное, что не выключилось за три сотни лет.
    -Ты слышал сколько там источников...