Если завтра война, всколыхнётся страна
     От Крондштадта и до Владивостока
     Всколыхнётся страна и сумеет она
     Чтобы враг поплатился жестоко!
     из песни
     МЕНЕФРИЛ ХАРБОР
     (подводная одиссея команды ПЛ-32)
    
     -ПРОЛОГУЁ-
    Сквозь стекло закопчённое света на грош,
    Огромный с металлом подымается ковш,
    Отсеян шлак и другая бурда,
    Хлещет сталь, будто вода.
    Заготовка пока раскалена добела,
    Но вниз уже температура пошла.
    Мастера посмотрели, начали ковку-
    Молот могучий бьёт заготовку,
    Плющит как тесто мягкую сталь,
    И в следущий цех отправляют деталь.
    Мастер дварфийский присел на чуток,
    Сварщицкий сдвинул на затылок щиток.
    Видит он — из цеха в подсобку
    Гномиха с натуги тащит коробку.
    Сплюнул дварф:« Озверели, скоты.
    Мелочь такая таскает болты!»
    Гномиха грустно на него поглядела:
    -Повеситься хочется от этого дела!
    Скажи, почему поедаем мы жмых
    И работаем нафиг без выходных?!
    Смущённо дварф плечами пожал:
    -Власти эти не я выбирал.
    Но слухи такие, был разговор,
    Готовятся они завоевать Калимдор.
    -Никого не хотят оставить в покое!
    Калимдор? Я и не знаю, что это такое...
    Хуман-сотник тут подбежал,
    «Работать! Арбайтен!» — на них закричал.
    Мастер вздохнул, зубы сжал,
    Вновь электрод в клещах зажал.
    И опять из заводских ворот
    Серая стальная коробка прёт-
    Лязгая траками, танк выползает,
    Шеренги таких же собой дополняет.
    
     -1-
    Солнце ли яркое в небе сияет,
    Метеор ли во тьме полуночной сверкает,
    Калимдор распростерся — вон он каков,
    Многие тысячи килошагов.
    В сердце его, за цепочками гор,
    Зеленый край под названьем Мулгор.
    Тёплые ветры над ним задувают,
    Щедро равнины дожди поливают,
    На траве изумрудной сверкает роса,
    Как море шумят там большие леса.
    Свиньи лесные в грязи бока трут,
    Кролики жирные траву стригут,
    Грифы огромные в небе летают,
    Рыжие белки по ёлкам сигают,
    Плайнстрайдеры квохчут, как цыплоки,
    Сдесь же обитают и тауряки.
    Шерстяны, рогаты, копытны, здоровы
    Мирного норова эти коровы.
    С давних лет населяли они Калимдор,
    Злобным кентаврам давали отпор.
    Заедали кентавры, просто беда,
    Но тут приплыла из-за моря Орда.
    Чтобы не быть святу месту-то пусту,
    Кентавров Орда изрубила в капусту-
    Пока удивленно они терли репки,
    Орчьи катапульты разносили их в щепки.
    Вождь тауренский взял на себя груз,
    С Ордой заключил он кровный союз.
    Потом всей толпой, резон был не мал,
    Ходили они воевать на Хиджал.
    Немало тауренов поплатились рогами,
    Но вынесли демонов вперед ногами.
    В даротарской пустыне, где камни и жар,
    Был возведён среди скал Оргриммар.
    Задумались таурены, лопая траву-
    Орчье оружие пришлось им по нраву.
    И на мулгорских утесах, столицей их став,
    Город возник, Тандер бишь Блафф.
    В окрестных холмах за энную мзду
    Гоблины быстро раскопали руду,
    Радость Орде, кентаврам печаль-
    Плавят рогатые бронзу и сталь.
    В лесах древесного хлама до кучи,
    Дымят круглосуточно печи вонючи.
    Вонь неизбежна от подобных программ,
    Но кентавры уже не сунутся к нам.
    И над Мулгором, скребя крышей тучи,
    Гордо возвышается город могучий.
    Крыльями мельниц спокойно махая,
    Стоит на защите родимого края.
    Так продолжалося многие годы:
    Таурены пахали свои огороды,
    Кодоев пасли, траву лопали сами,
    По зеленым просторам бродили часами.
    Чтоб не поднялися силы поганы,
    Несли свою службу в Мулгоре шаманы.
    С духами ветра, воды и земли
    Бакланить свободно они нынче могли.
    Хорёк ли в лесу объявился заразный,
    С гор ли сошёл сброд всякий разный,
    Речку ли вдруг запрудило бревно-
    Любому шаману не всё равно.
    Не будет плясать он возле огня-
    Нет, не поможет такая фигня.
    Колдовать не будет и в бубны бить,
    Долг его — выйти, хорька отловить,
    Собрать тауренов в ударную силу,
    Вторженцев загнать, ясно дело, в могилу,
    И на речке веселой запруду найти,
    Копытами дряхлое бревно разнести.
    Весною скворечники вешать на ветки,
    Гноллов учить мастерить табуретки,
    На дереве раны залить напрочь варом,
    В одиночку расправиться с грозным пожаром,
    Новые ветки на пни прививать,
    Целебные травы в лесу собирать,
    Крыс удалить, разбросавши репейник,
    Забором надежным укрыть муравейник,
    Выйти на зов, ночь ли полночь,
    Волку с занозой в лапе помочь,
    Мальков в половодье спасать из запруд-
    Тауренских шаманов главный вот труд.
    Не для умножения личного сала,
    А любимая чтоб Земля-Мать расцветала.
    Однако и с салом проблем ни на грош-
    Любой тауряк откормлен, хорош,
    Грива лоснится, бока хоть куда,
    Не переводится в Мулгоре еда.
    -------------------------------------------------
    В кедровых лесах, с родными из клана,
    Жила таурячка одна, Марианна.
    Восемнадцатая ей подходила весна,
    Но роста большого не достигла она.
    Конечно, и так от земли метра два,
    Но сёстрам своим по плечи едва.
    Короткие рожки, шёрстка бела,
    Определенно коровка мила.
    И силой особой хоть не блистала,
    Всегда по хозяйству она помогала:
    Воду, дрова ли таскала для хаты,
    На огороде полола потаты...
    Ну, потаты — иначе картошку.
    На убой откормила поросёнка и кошку.
    Причём ухитрилась так раскормить,
    Что невозможно их отличить.
    И лишь зажарив обоих, решила семья-
    Где были копыта, значит это свинья.
    Солнце едва лишь взойдёт на воле,
    Марианна из хаты быстренько в поле.
    Тотемным по пути поклонившись столбам,
    Гороху воды принесет и бобам.
    Как курица ветер над полем порхает,
    Травы зеленые он колыхает.
    Радует ветер тауренку, смешит,
    Гриву пушистую ей ворошит,
    Как кот, об нее натирается боком,
    А солнечный свет льется потоком,
    В травах созревает зерно для мышат,
    По цветам шмели и пчёлы шуршат.
    А там где пониже, пожиже листочки,
    Там на земле полевые грибочки-
    Либо опята, большим полукругом,
    Пыльники либо, штук семь друг за другом.
    Грибов наберёт тауренка, и в хату-
    Добавка хорошая будет к салату.
    Немного наполнив желудок едой,
    Она отправляется в лес моховой.
    С корзинкой, конечно, идёт непременной.
    Кедры стоят высоты невгрызенной,
    По стволу можно лазить- такая кора,
    Каждый как небольшая гора.
    Хоть тотемы она не умела варганить,
    Марианна понемногу училась шаманить.
    Была она ещё вовсе мала,
    Когда к шаманам её мать привела.
    Не возьмёте, говорит, вот её поучиться?
    Чую хвостом, что должно получиться.
    Старый шаман бочок почесал.
    -Ну что же, пойдём, — Марианне сказал,-
    -Но для самых первых для тем
    Сделать тебе нам надо тотем.
    Вон за дорогою рощица, глянь,
    Дубину подходящую ты там достань.
    А в той роще едва найдёшь палку сухую,
    Гноллы собрали всё подчистую.
    Как ни хотела шаманом она стать,
    Но деревья живые не стала ломать.
    Ни то что не стала — подобное зло
    Просто в голову ей не пришло.
    Пошла она через поле огромное,
    В оврагах всё, для ходьбы неудобное,
    От палящего зноя там задыхалась,
    Сквозь репейник густой продиралась,
    Наконец- стоит кусок леса большой,
    Там-то должен быть сухостой.
    От усталости её почти уж качает,
    А шаман там сидит и встречает.
    Посмотрел, ухмыльнулся и вымовил мерно:
    -На первый раз поступила ты верно...
    Время прошло, и с того светлого дня
    Многая стала ей доступна фигня.
    Под кедром огромным, возле ствола,
    Янтарную шишку Марианна нашла.
    Шишка попроще многих вещей,
    Но надо смотреть, чтоб была без клещей,
    Ну и без орехов, конечно, тоже-
    Зря переводить их совершенно негоже.
    Пристально шишку она осмотрела-
    Такая годна для хорошего дела.
    На берег реки забравшись, на кручу,
    Шишек навалила целую кучу.
    Для разжижки подбросив всяческий сор,
    Кучу она превратила в костёр.
    Янтарную шишку зарядила за пол-дня
    Силой великой земли и огня.
    Чтобы мощней еще она стала,
    В реках тауренка её полоскала.
    И, для роста всего изобилья,
    Повесила шишку на мельницы крылья.
    На нитке тихонько её пальцем качала,
    И слова про себя такие молчала:
    -Ветер-ветер, ты силён,
    С веток гонишь ты ворон,
    Семена несёшь полыней,
    Пыль гоняешь над пустыней.
    Знай же ты, всегда и снова
    Всем помочь тебе готова.
    Ты уважь свою подружку,
    Раскрути-ка ты вертушку!
    Штиль был в округе полнейший,и вдруг
    Мощный ветер поднялся вокруг.
    Тоже он рад поработать для блага,
    Мельницу он раскрутил без напряга.
    Мешки с зерном Марианна таскала,
    И по дороге с ветром болтала.
    Дни проходили в подобном же духе,
    Вреда она не приносила и мухе.
    Рассветы, закаты друг друга сменяли,
    Поспевало зерно, собаки линяли,
    Метели белые в зиму кружились,
    Большие сугробы на землю ложились,
    Весной распускалися новые почки,
    В сараях кудахтали пёстрые квочки.
    И радуясь прелести мира сего,
    Знала Марианна- лучше нет ничего.
    
     -2-
    Вечером зимним, закончив дела,
    К оврагу прогуляться Марианна пошла.
    Каждая ёлка в лунном свете блестит,
    Снежок под копытами мягко хрустит,
    В дуплах дрыхнут клесты и кукушки,
    Тявкают волки возле опушки.
    Только, запахнув меховое пальто,
    Чует она — что-то не то.
    Стелется будто странный туман-
    Может, оптический это обман?
    Осторожно вперёд тауренка шагала,
    И призрак внезапно во тьме увидала.
    Уши торчат, словно лука стрелки,
    Глаза как газовые горелки.
    Призрак глаголит:«Марианна, эй!»
    А та думает — слинять ли быстрей?
    Слегка поёжилась — гнолл ты мой,
    Это не иначе как эльф Ночной!
    Но что же, страху себя взять позволишь,
    Это же просто призрак, всего лишь.
    Призрак на неё поглядел и сказал:
    -Тебя, таурячка, я сразу узнал.
    С дедом твоим на далёком Хиджале
    Раньше бок о бок мы воевали.
    Марианна в ответ улыбнулась невнятно:
    -Будем знакомы, очень приятно!
    Пристально взглядом призрак упёрся:
    -Сюда не просто так я припёрся!
    Времени мало, почти уже край,
    Так что слушай и запоминай.
    Объявились в Альянсе три генерала,
    Совести больше и у шакала.
    Им бы лишь деньги в карманы класть,
    Они получили огромную власть.
    А народ, он падок на всяческий вздор,
    Готовят поход они на Калимдор.
    Деньги дают им богатые банки,
    Пушки они штампуют и танки.
    Скопом чтоб всем пересечь океан,
    Готов у них стратегический план-
    Куда только дотянуться могли,
    Экспроприировали все корабли,
    Плюс настроили.Вся эта сила
    Собраться должна у Менефрила,
    На следущий год, должно статься...-
    Призрак сказал и стал растворяться.
    Марианну испуг охватил не мал:
    -Постой, а зачем ты мне это сказал?!
    Из темноты донеслися слова:
    -Ты доберись к Менефрилу сперва...
    Этот флот утопить вы должны.
    Утопите — не будет ужасной войны...
    Бросил такие понты — и исчез.
    А поле молчит, и безмолв...