АЙДЕН
    Cole Rhead
    
     ...Задняя дверь пикапа открылась, и я заморгал, отворачиваясь от хлынувшего в сумрак салона потока солнечного света...
     Через пару секунд глаза привыкли, и я посмотрел в сторону двери. Стоявший перед ней пожилой черный пес с добродушным круглым лицом ободряюще улыбнулся, и поманил меня к выходу:
     — Ну, вот мы и прибыли, малыш! Пора тебе встретиться со своей семьей!
     Мое тело задрожало от возбуждения, словно я ждал этого мгновения всю свою жизнь.
     Хотя в некотором смысле так оно и было...
    
     Поднявшись на все четыре лапы, я нерешительно шагнул вперед, и спрыгнул на тротуар. Оглянувшись по сторонам, я ощутил, как в груди поднимается теплая волна радостного предчувствия. Наша машина стояла в небольшом тупичке уютного пригорода. Солнце уже клонилось к закату, и все вокруг выглядело очень красиво. Воздух, напоенный запахами свежестриженной травы, местных жителей, и готовящегося где-то неподалеку барбекю навевал умиротворение и расслаблял...
     Чуть дальше по улице я увидел высокого далматинца, который мыл машину, и играющих в мяч детей; правда через мгновение они уже забыли об игре, и восторженно уставились на меня. Похоже, коты здесь были редким зрелищем...
     Я улыбнулся.
     Возможно, все будет не так уж и плохо?..
    
     * * *
    
     Я был «щеночком», домашним животным, собственностью корпорации «Домашние любимцы». Впрочем, все называли её «Черной лапой» — из-за логотипа в виде отпечатка кошачьей лапы, которым была отмечена её «продукция». Мои воспоминания о прежней жизни ограничивались шестью неделями, на протяжении которых проходило обучение. Я не помнил, кем был раньше, хотя теперь это уже не имело значения, потому, что шесть недель назад я стал тем, кем мне суждено было теперь остаться навсегда — разумным домашним животным. Именно тогда к основанию моего мозга, был прикреплен самый изощренный из всех когда-либо придуманных поводков...
     Все эти шесть недель мне вкладывали в голову простую и очевидную мысль — выполняй требования своих хозяев, прояви старание, понравься им — и будешь счастлив!
     Ощутив прикосновение руки к шее, я взглянул вверх на своего наставника. Этот пожилой пес хорошо ко мне относился, занимаясь моим обучением, помогая понять и принять новую жизнь. Он искренне заботился обо всех находящихся под его присмотром «животных», и сейчас выполнял свою последнюю в отношении меня обязанность — доставку в новый дом.
     — Тебе здорово повезло, котяра! — весело подмигнул он, поглаживая меня по шее. — Я бы и сам не отказался жить в таком месте!
     По выложенной плиткой дорожке он направился к дверям, а я потрусил следом, держась у самых его ног. Когда пёс протянул руку к кнопке дверного звонка, мое сердце вновь затрепетало от волнения. Сейчас дверь откроется, и я увижу его...
     Своего ХОЗЯИНА...
    
     Им оказался волк, на вид лет пятидесяти. Едва заметив на моем наставнике униформу корпорации, он улыбнулся, и широко распахнул дверь:
     — Я ждал вас! Пожалуйста, пожалуйста, входите! — радостно воскликнул волк, приглашая нас войти. — Я так рад, что вы сумели перенести график доставки! Через несколько часов моя дочь вернется домой, и я хочу успеть приготовить ей сюрприз!
     Он взглянул на меня, и широко улыбнулся:
     — Ну, наконец он здесь... и выглядит просто великолепно!
     Мой наставник тоже улыбнулся и кивнул:
     — Да, он такой! — и потянувшись вниз, пес нежно почесал меня за ухом. — Это самый красивый кот из всех что были у меня на воспитании... — он взглянул на планшетку с документами. — А в остальном все именно так, как вы заказывали: леопард-самец, возраст двадцать два года, четыре с половиной фута длина, три фута высота в холке, и сто семьдесят фунтов веса после адаптации. Он очень умен... секундочку... — пес сделал паузу, перевернул несколько страниц в планшетке, и присвистнул от удивления: — Его IQ 165! Это лучший показатель, котрый я когда-либо видел!
    Волк присел на корточки, и осторожно приподняв мне веки, внимательно осмотрел глаза, затем раздвинул губы, проверяя зубы и десны.
     Тем временем наставник продолжал:
     — Как вы и просили, мы не стали проводить стандартной стерилизации, и татуировать логотип фирмы.
     Волк поднял мою переднюю лапу, и внимательно осматривая её, недовольно заметил:
     — Я же просил не удалять когти!
     — Прошу прощения, сэр, но декогтизация и адаптация к передвижению на четырех конечностях утверждены законом, и являются обязательными, — как и наличие управляющего имплантата!
     Сделав паузу, и не услышав дальнейших замечаний, работник корпорации продолжил:
     — Поскольку вы заказали стандартный имплантат минимальной комплектации без возможности удаленного доступа, на протяжении дальнейшей жизни вашего животного мы сможем выполнить почти любое изменение и улучшение его тела, которое вы захотите... но, боюсь что управляющий имплантат заменить будет уже невозможно...
     Он бросил взгляд на документы:
     — Также вами был заказан продленный гарантийный термин, в соответствии с чем наша фирма гарантирует отличное здоровье вашего животного на протяжении десяти лет. Любое лечение и другие оздоровительные процедуры будут выполнены бесплатно в течении...
     Прерывая его, волк небрежно взмахнул рукой:
     — Да, да... я знаю законы, и прекрасно помню, что именно я заказывал! Моя дочь скоро будет дома... так может, стоит уже перейти к основной части?
     Он выпрямился, явно удовлетворенный осмотром.
     Мой наставник еще мгновение просматривал документы, затем кивнул:
     — Как вам будет угодно... Основываясь на требованиях, которые вы подали нам восемь недель назад, мы рекомендуем начать вот с этих команд... — пёс вынул из планшетки лист бумаги, и протянул его волку. Затем он присел передо мной на корточки, и нежно взяв меня за подбородок, повернул мою морду в сторону волка.
     — Слушай меня внимательно! — сказал он, очень отчетливо произнося слова. — Это — Дэвид Коннер, и с этого мгновения он является твоим хозяином. Тебе все понятно?
     Я кивнул, хорошо зная о том, как действует система команд и структура подчинения. Теперь я принадлежал Дэвиду Коннеру, — но при этом оставался собственностью корпорации Черная Лапа.
     Степень приоритета команд делилась на три категории:
     Команды, отданные уполномоченным работником корпорации, имели высший приоритет, и даже Дэвид Коннер не мог приказать мне сделать что-то вопреки им. Его команды относились ко второй категории, и тоже должны были выполняться. Команды от кого-либо еще относились к третьей категории: я буду иметь сильный стимул к повиновению, но все же смогу отказаться от их выполнения...
     Пока Дэвид просматривал список команд, мой наставник продолжил пояснения.
     — Громкость и сила вашего голоса указывает на приоритет команды. Все сказанное ему обычным разговорным тоном воспринимается как просьба, и он не будет обязан подчиняться безоговорочно. Более громкий голос начнет воздействовать на его имплантат, и тогда он будет вынужден выполнить любой приказ. Если же вы подадите команду очень сильным голосом, ваш питомец будет абсолютно не способен отказаться от её выполнения. К примеру, возьмем аварийную команду «замри».
     Пёс посмотрел на меня, и продемонстрировал:
     — Замри!
     Я ощутил, как вся энергия разом ушла из моих мускулов, прижал уши (эта команда никогда мне не нравилась), и опустившись животом на пол, бессильно свесил невероятно потяжелевшую голову...
     — А теперь — ЗАМРИ! — произнес наставник более громким и строгим тоном, — и мое тело тут же расслабилось полностью.
     Вовремя подхватив мою голову, пёс не дал ей удариться об пол, и успокаивающе погладил меня по шее:
     — Как вы могли видеть, в первый раз он стал недееспособен, хотя все еще мог двигаться, если бы захотел. Но теперь его мышцы больше не воспринимают сигналов от мозга, и он не в состоянии шевельнуться даже в том случае, если ему будет грозить гибель. Я думаю, вы понимаете что для него это не самое приятное ощущение...
     — Свободен! — скомандовал он — и я снова обрел способность двигаться. Перевернувшись на живот, я потянулся всем телом, и сел на задние лапы.
     — Команда «свободен» используется для того, чтобы освободить его от предыдущей команды, и сообщить ему о том, что он может делать что хочет.
     Пёс заглянул в планшетку, и снова посмотрел на волка:
     — Хотите провести начальную инициализацию прямо сейчас?
     Мой хозяин кивнул.
     Он уже вычеркнул несколько пунктов, вписав вместо них свои. Снова взглянув на страницу и перечитав несколько строк инструкции, волк присел, и приподнял мою голову за подбородок точно так же, как это делал наставник.
     — Слушай!
     Мои глаза и уши сами собой направились на его лицо.
     — Мою дочь зовут Саманта Коннер, и ты вскоре с ней встретишься. Твоя основная обязанность — быть ее компаньоном, и доставлять ей радость. Она может отдавать тебе любую команду, если та не противоречит моей. Твоей следующей обязанностью будет поддержание себя в хорошей физической форме, а также соблюдение чистоты своего тела и меха. Тебе запрещено покидать пределы территории нашего жилища без моего или Сэм разрешения, — разве что в случае возникновения опасной для жизни ситуации. В остальном же тебе разрешается ходить по всему дому и окружающей его территории везде, где захочется. Ты можешь говорить, — но только отвечая на вопрос...
     Волк сделал паузу, и взглянул на моего наставника; ему в голову явно пришла какая-то мысль.
     — Моя дочь наверняка захочет чтобы он спал в ее комнате... это достаточно безопасно?
     — Абсолютно, сэр! Каждый из наших питомцев имеет гарантию безопасности и страховой полис. Если вы сможете доказать, что наш щеночек преднамеренно нанес какой-либо физический вред членам вашей семьи или вам лично, мы охотно покроем все издержки, и выплатим возмещение в сумме сто миллионов долларов! — пёс улыбнулся. — За все двадцать шесть лет существования нашей компании еще никто ничего не получил по этому полису!
     Он указал на лист бумаги в руках Дэвида:
     — И не забудьте прочитать написанное на обратной стороне листа, сэр. Это раздел о поощрениях и наказаниях.
     Дэвид перевернул лист, быстро просмотрел его, и слегка нахмурился:
     — А это действ...