жант. — Снова отчеканил констебль Империя и, щёлкнув каблуками, прошёл в конец очереди.
    
    Обстановка стремительно накалялась, и восьмой по счёту за неделю скандал за передел санузлов должен был вот-вот разразиться, но сержант Фортескью решил этому воспрепятствовать и вышел вперёд встав между двумя противоборствующими сторонами.
    
     -Тихо! Тихо!! ТИХО!!! — рявкнул сержант фоксхаунд. Когда все заткнулись, он продолжил:
     -Леди и джентльмены! (Кто-то из мужиков фыркнул: Леди! Ну да, конечно!) Я сам обеспокоен сложившейся ситуацией, но не будем придаваться пустой панике. Я взял на себя смелость пригласить финансового инспектора, ибо женский туалет и раздевалка требуют серьёзного ремонта, но этот тип редкостный сухарь! Застёгнут уже, чем брюки у итальянского тенора. И я уже не надеюсь получить дополнительные средства для ремонта в этом финансовом году.
     Здесь сержант Фортескью увидел, что «сортирная стачка» закончилась. Полицейские недовольно перешёптывались и зловеще что-то бурчали, но на штурм туалета, к счастью, не пошли. Гроза прошла: мятеж откладывался на неопределённый срок.
    -А теперь, если позволите, я опаздываю к моему утреннему движению.- Сказал Фортескью и промаршировал в туалет...
    Толпа полицейских-мужчин медленно втянулась в душевые, туалеты, кабинки и раздевалки и только в коридоре остался почему-то грустный, старший констебль Империя. Смотря в своё отражение в разбитой поверхности зеркального окна, через которое он, кстати, и вошёл в участок, отражались маленькие глазки, черные большие пятна вокруг них, черные уши и черный нос. А также помятый мундир. И довольно смутно проглядывалась подворотня и ржавая пролётка не менее ржавой пожарной лестницы, по которой он сюда забирался. К грустному панде подошла сержант Патриция Доукинз — жизнерадостная пантера в немного щёгольской форме.
     -Что, плохо себя чувствуем, да? — спросила она.
     -В точку. Как будто меня дважды переехало такси.
     -Выпил вчера немного?
    Констебль Империя поправил тулью фуражки, кокарду на ней, икнул и грустно зыркнул на сержанта.
    -Только чуть-чуть. Но язык так оброс шерстью, что скоро мне понадобится разрешение на его содержание...
    Констебль показал белый язык в стекло и поморщился, вместе с ним поморщилась и Доукинз от этого зрелища.
    -Не волнуйся, констебль. Пройдёт часа через два-три от силы. Что ты так на меня смотришь? С нашей работой это неизбежно. Но на твоем месте я бы не стала так пить. Лучше бы ты занялся улучшением своей физической и чувственной сторон...
    Империя мрачно буркнул:
    -Ооо. Вот как. Мою чувственную сторону не оживить, даже если бросить меня в ванну, полную МЫЛА и попросить найти кусок. И вообще, когда мозги превращаются в консервированный майонез, а рот в крысиную задницу, я думал что это полезно.
    -Питер, ты не думал заниматься альтернативным целительством? Я как раз недавно начала ходить в группу «Здоровые Фурри». Там проводят повторное рождение, рефлексологию, шиатцу...Тебе надо выплеснуть всё, Питер! — продолжала болтать Доукинз.
    -Пат, я пытаюсь УДЕРЖАТЬ всё внутри, чтобы не выплеснулось...; — пробормотал панда, икнул, согнулся, и схватился за пуговицы бушлата на животе.
    -Ну....Если у тебя нет времени на шиатцу....Поставь себе клизму. Её можно сделать за пять минут дома обычным садовым шлангом.
    Констебль сразу выгнулся как пружина, и посмотрел подозрительным взглядом на пантеру.
    -Спасибо за совет, но я как-нибудь обойдусь...; — сказал констебль Империя, и побрёл было прочь, но вдруг снова схватился за живот, охнул и сел на коридорную скамейку.
    -Теперь я больше не буду пить. Скоро приедет моя младшая сестра.
    Сержант Доукинз уселась рядом с ним и, когда он, встал и отпил воды из коридорного фонтанчика для питья, радостно сказала ему:
     -Так это же замечательно!
     -Ага, щаааз.
     -Почему?... — ошарашено спросила пантера.
    Панда, вздохнув, продолжал:-
     -Она зануда, вот почему. Такая нудная, правильная, скучная.... И если увидит у меня на столе хоть полбокала, то сразу позвонит маме, та разрыдается и прочитает мне в автоответчик всего Конфуция... Она христианка, не волнуйся, а Конфуция просто так от балды читает...
     Пантера всё равно продолжала болтать:-
     -Ох. Ну, так я же тебе говорила что, мы в нашей группе проводим повторное рождение....Приводи к нам свою сестру, и мы воспроизведём момент, когда вы появляетесь из утробы матери и... — панда здесь перебил сержанта:
     -ОТЛИЧНО. Может, во второй раз она родится поинтереснее. Попробуем, когда она приедет. Спасибо, что подсказала. ОЙ!- старший констебль схватился за живот и согнувшись в три погибели подозрительно быстро зашёл в раздевалку, хлопнув при этом дверью. А сержант осталась одна и, посидев немного на скамейке, встала и пошла по служебным делам. Работу никто не отменял. Пора оформлять в вестибюле всяких отморозков, уродов и пьяниц...
    
    
    Личное досье:
    
    Старший сержант Полиции Либерти-Сити, Эдвард Тобиас Фортескью.
    Высокий и крепкий бурый пёс-фоксхаунд.
    Офицер и ветеран Армии США в запасе.
    Участвовал в нескольких военных авантюрах США в составе Экспедиционного Корпуса Морской Пехоты.
    Удостоен множеством наград, получил офицерское звание, чувство гордости за свою страну и множество ранений различных степеней тяжести.
    Является образцовым гражданином и патриотом.
    Его китель, брюки, обувь и фуражка всегда в исключительном состоянии. Ослепительно белая рубашка и чёрный галстук ясно подчёркивают кондовый педантизм. Носит на груди несколько орденских планок и мелкую медаль. Хитро блестящие бляху, пуговицы, погоны и пряжки дополняли большой револьвер в кобуре на поясе, патронник, рация на лацкане кителя, длинная деревянная дубинка в кожаном чехле, и офицерская сабля в ножнах на его ремне сбоку. Всегда ходит в белых офицерских перчатках. Но его морде щёгольские усы и короткие бакенбарды.
    Сержант редкая и харизматичная личность, но привязанность к оружию, патриотичность, некоторая эксцентричность и вспышки гнева делают его порой...невменяемым. Кто-то поговаривал, что во время службы в Армии и участия его в нескольких кампаниях, у него повредились мозги, и он спятил, но никто, никогда не осмеливался сказать ему это в морду, ввиду того, что либо боялись, либо уважали. О своём происхождении говорить явно не любит. В остальном интеллигент, джентльмен и душа участка.
    Страдает синдромом Туретта.
    Хобби: История, чтение военной художественной литературы и военных трудов, оружие, фехтование, ценит свободное время.
    Любимый трюк/приём: (Лидерские качества: Командир с офицерским званием.)
    Не женат.
    Характер: твёрдый, эмоционально-неординарный, педантичный, честный, патриотичный и немного помпезный.
    Убеждённый демократ и не менее убеждённый протестант.
    
    
    Мужская раздевалка, помещение туалета. Время перерыва.
    (Предупреждение! Следующий акт предназначен только для мужской аудитории, писатель не несёт никакой ответственности за его содержание перед женской аудиторией если она решила не пропускать для её блага этот эпизод и прочесть его. Е. Д. )
    
    Мужская раздевалка.
    
     -Эй, Фрэнк! Гляди, что у меня есть! — Подпрыгивая на и тряся в лапах флакон в форме рельефного мужского торса с подозрительной жидкостью внутри, воскликнул Гудди. — Новые духи от Келвина Кляйна. Говорят, что это призыв мужского-ого теста!
    Медведь, что сидел на скамейке и застегивал свой бушлат, медленно повернулся к коту.
     -Чего-о-о?
     Гудди опешил.
     -Э...Я не это хотел сказать. Это не тесто. Ну... Длинное такое слово....В нем есть слово тесто. Но неважно. Теперь, благодаря этим духам Мэгги Хлабиб упадёт к моим лапам!
     Старый коп усмехнулся.
     -Чтобы Мэгги Хлабиб упала к ТВОИМ лапам? Здесь скорее нужно что-то покрепче этой красной бурды. Попробуй ХЛОРОФОРМ. Это уж точно на ура пойдет. — Буркнул констебль Гладстон и задумчиво стал рассматривать новую надпись на стене, кажется сделанную кусочком угля.
     «Кто в сортире не бывал, красоты не увидал!» — Гласила испорченная чёрной царапиной плитка кафеля.
     Гудди возмущенно замахал лапами и зажатым в них флаконом. Его нервничание выдавал хвост, выписывавший разные финты.
     -Чёрт...забыл это слово. Ну ладно, что там делает самцов сексуальными?
    Медведь погладил усы и бороду, серьёзно задумавшись.
     -Хмммм. Не знаю. Может... Чёрные очки?
    Гудди вякнул-
     -Тоже, но не то...
     -Тестостерон, эх вы, темнота! — донеслось до старичка и новичка из душевых.
    Из душевых гордо, несмотря на сомнительный наряд, состоящий из одного полотенца, вышел мускулистый, коренастый, потный после душа мастистый конь в яблоках с грубыми чертами морды. Его грива была по-армейски коротко подстрижена, а тяжёлый, особенно для самок всех видов, взгляд туманно бороздил раздевалку, пока не упёрся во флакон в лапах Гудди. Знакомьтесь: Детектив-констебль Гарри Бойл, собственной персоной. Бойл процокал до кота, сказав: «Плесни-ка, а то из меня до сих пор пиво сочится», и взял у него флакон, даже не спросив разрешения, и щедро полил его содержимым свои подмышки и грудь.
     -Отлично освежает, Гудди.- нагло сказал конь и швырнул уже полупустой флакон ему в лапы обратно.- Я до трёх сидел в пивной вместе с мужиками! Шестнадцать кружек пива на брата, а из еды одни орешки...Я мог ими весь бар засыпать.
     Констебль Гладстон нагнулся и стал зашнуровывать свои ботинки, и казалось, потерял всякий интерес к происходящему, но знайте, что если на Гудди, или кого-нибудь ещё будут наезжать «деды» то он в своём объяснительном отчёте о случившемся напишет, что-то вроде этого:
    «в порыве ярости, констебль Бойл шесть раз ударил мордой мой кулак, а потом в бешенстве нанёс сокрушительный удар паховой областью по моему ботинку...». К счастью, случаев проявлений дедовщины в шестом полицейском участке Либерти-Сити никогда ещё не наблюдалось. Пока детектив Бойл надевал рубашку Гудди обдумывал ситуацию...
     -Два часа. Почти все бары закрываются в два часа... -...