Огонь и Террор в Либерти-Сити
Полицейская комедия-рассказ
Автор: Епископ Дефкон
Просьба к читателям:
Когда читаете, не торопитесь и не прыгайте через каждые два-три слова!
Аминь, пушистые братья и сёстры!
Вступление
США, Столичный округ, Либерти-Сити, 21-ое ноября 1930 года, Среда
Раккун Лейн, дом 43. 22:54ч.
Старинный высотный особняк 19-го века стонал в своей последней агонии. Языки пламени вырывались из разбитых окон всех этажей. Неудачливые (Хотя, если учесть, что дом был застрахован на дикие деньги, то вряд ли, такие уж неудачливые.) жильцы-погорельцы этого дома столпились посреди улицы и слёзно оплакивали погибшее имущество. Статный олень в огнеупорном костюме и каске Департамента Пожарной Охраны Либерти-Сити держал в лапах изрыгающий ледяную воду и пену шланг, которым он поливал огонь, находясь на высоте девятого этажа. Он стоял на верхних ступенях пожарной лестницы, и кричал вниз, в тёмные улицы, освещённые бледным светом окон и фонарей, «РЕБЯТА!!! ПРИБАВЬТЕ-КА НАПОРУ!!!». Оттуда в самом низу у пожарной машины, машин «скорой помощи», среди воплей по рупору, шипения раций, воя сирен и света мигалок находились двое полицейских с их старым драндулетом...
Констебль Хлабиб заворожённо смотрела на статную рогатую фигуру в костюме и каске пожарника. Констебль Гудди, же ревниво следил за Хлабиб, устало вздыхая, и про себя показывая тому пожарнику на высоте девятого этажа язык.
-Какой молодец!...-вздохнула Хлабиб, не отрывая глаз от пожарника.- Жаль я не могу подержать его шланг...
Кот сухо посмотрел на крольчиху, пробурчав что-то нечленораздельное. Пожарник с высоты ещё раз повернулся к машинам внизу чтобы подать знак, и увидел двоих: кота и привлекательную крольчиху в полицейской форме. Кролик, улыбаясь, помахала ему лапкой, кокетливо покачав ушами, а кот просто чихнул себе в фуражку (Промозглая ночь, что ж ещё сказать!?) и попытался утереть нос своим значком полицейского, хоть это ему не очень удалось.
-АППЧХХ!!!- Чихнул кот.
-Будь...здоров...Кев...- пробормотала Хлабиб.
-Ага, Пасиба!..Ладно...пусть Он выполняет свою работу, а Мы свою!... Смотри, что я нашёл у самого дома.
Гудди выудил из кармана своего бушлата почерневший огрызок спички.
-Что?- спросила кролик.
-Как, что? Это улика. Это же потухшая спичка! Мэгги, ты понимаешь, что это значит?
Хлабиб вздохнула и сказала:
-Это значит, что кто-то бросил спичку.
-Это значит, что у нас есть спичка и пожар... Не видишь связи?- Гудди махнул лапой на охваченный пожаром дом.- Ладно, два слова: первое под. А второе, Мэгги?
-Коп.
Кот просиял.
-Конечно, Мэгги это явный случай подкопа! Э.... То есть поджога...
Кролик вздохнула и поправила волосы под фуражкой.
-Кевин, фурри всегда везде бросают спички. В честь чего ты решил, что это поджог?... — Хлабиб не закончила разнос версии Кевина, поскольку снова заворожённо стала смотреть на фигуру пожарника на высоте. Пожарник-сменщик прошёл мимо Гудди и Хлабиб, собираясь сменить пожарника на лестнице. Кевин помахал лапой вокруг мордочки Хлабиб, но никаких признаков деятельности не было обнаружено, как любят говорить ребята типа Сержанта Фортескью, или патологоанатомы. Пожарник, на лестнице держась за опору, быстро спустился вниз, оставив выключенный шланг на высоте, для сменщика. Ловко спрыгнув вниз, олень в огнеупорном костюме оказался у основания выдвижной лестницы прямо на крыше пожарной машины. Хлабиб раскрыв рот продолжала на него смотреть. А Гудди просто фыркнул. Пожарник снова ловко спрыгнул с машины, на этот раз рядом с Хлабиб и Гудди, лихо щёлкнув копытами.
-Привет ребята!- донеслось из-за закопчённого щитка каски пожарника.
Пожарник дружески хлопнул по плечу констебля Гудди, своей лапой, которая была неуловимо похожа на железнодорожную шпалу. Кот неловко улыбнулся, и когда пожарник перевёл свой взгляд на Хлабиб, позволил себе скривиться от боли.
-Ну и пожар, я вам доложу!- продолжал олень, откинув щиток каски и огнеупорную ткань со своих раскидистых рогов. Под потемневшим щитком пожарной каски оказалась румяная, довольная новым знакомством с двумя копами морда с живыми чертами. — Старушка с девятого этажа уронила на пол сковородку с горящим маслом. Я уж не знаю сколько раз нужно повторять некоторым! НИКОГДА НЕ БРОСАЙТЕ СКОВОРОДКИ С ГОРЯЩИМ МАСЛОМ НА ПОЛ!- пробасил олень.
Хлабиб, кажется, очухалась на время от своего счастья, что этот пожарник-здоровяк подошёл именно к ней.
-Какая же у вас тяжёлая работа! Вы наверно ужасно устаёте!
Олень кивнул.
-Да, ребята. Не то, что у вас. У вас уже здесь работа закончилась и можно идти по своим делам. А у нас устаёт и душа и тело.... От этого так просто не уйдёшь.
Здание доживало свои последние мгновения. Со стоном падающих балок и перекладин старинный дом, это произведение архитектурного искусства, с рокотом превратился в жалкую груду пылающих развалин. Глядя на эту величественную агонию, у всех столпившихся на улице перехватило дыхание. У всех, кроме пожарных. Они видят подобное каждый божий день.
-Слушайте, я целый день провёл в огне, и основательно прокоптился. Не хотите ли вы оба выпить по стаканчику?
Гудди надвинув поглубже на голову фуражку буркнул «Нет, спасибо.», в то время как Хлабиб блаженно сказала «С удовольствием!»...
23:00. Полицейский участок №6. 3-й этаж, Отдел Патрульно-Постовой Службы старшего сержанта Э.Т. Фортескью.
Многие в столь поздний час уже ложатся спать, (Или наоборот, просыпаются.) но как американский патриот и честный гражданин-трудоголик, старший сержант Фортескью, казалось, ВООБЩЕ НИКОГДА не спит. Как и у всех старших офицеров полиции, помимо кабинета, у Фортескью был ещё и средних размеров стол, находящийся в отделе, впереди офицерских столов, рядом с дверью своего маленького офиса. Или каморки, как любила сморозить Лейтенант Гримм. Поразительно, но этот стол предназначался для секретарши Фортескью, но фоксхаунд никогда, повторяю, НИКОГДА не прибегал к их услугам. И не без оснований. Чаще всего такое дорогое удовольствие как хорошенькие секретарши обходятся недёшево, не говоря уж о том, что старший сержант Фортескью был не Рокфеллером младшим. И уж конечно не говоря о кипе строгих моральных принципов и офицерской чести, которых он придерживался. Старший сержант сам разбирался с ворохами своих документов, благодаря своей невероятной скорости печатанья на печатной машинке, и молниеносному письменному почерку, готическому как эпитафия на могильном надгробии. Пёс никогда не пользовался услугами секретарш.... Ну, если совсем уж честно, то старший сержант как-то раз просил констебля Хлабиб записать под его диктовку пару бумажек, когда ему гоп-стопщики поломали обе лапы. Конечно, тогда в долгу он не остался. Только полежал недельку в госпитале, и ещё недельку побродил по своей квартирке. А половина тех гопников отправилась в отделение лазарета Федеральной Островной Тюрьмы, сидеть там от звонка до звонка, будучи нафаршированными свинцовыми пилюлями сержанта, вторая же половина на небеса...
Итак, старший сержант Фортескью сейчас сидел за секретарским столом и держал у своего уха телефонную трубку. Воистину, интереснейший персонаж был на другом конце провода.... А кругом был такой же шум и гам, как и днём.
-Да, понятно... — ответил пёс своему таинственному собеседнику.
Усталый медведь, старший констебль Гладстон подошёл к столу сержанта и положил на стол стопочку бумаг.
-Ваша речь на собрании Комитета гражданской бдительности, сэр.
-Благодарю, Гладстон, но речь поручена констеблю Империи. Будьте добры, отнесите её ему.
Медведь схватил бумаги обратно, отдал честь и, выйдя из отдела, побрёл к буфету. Последней каплей, которая переполнит ванну его терпения, станет, боже упаси, отсутствие там кофе...
Фортескью продолжал терпеливо выслушивать своего собеседника по телефону, и тщательно записывал его инструкции.
-....Очень интересно... Вы участвовали в вооружённых ограблениях?! Мозг преступного мира? И как вы говорите, ваше имя?... Профессор... Мориарти... Хмммм.... Спасибо вам за ваш звонок, мистер Мориарти. Если у вас будет ещё какая-нибудь информация, которой вы хотите поделиться со следствием, звоните по телефону 4-75-42, доктору Грегору Кэйвмену, В ОКРУЖНУЮ ПСИХИАТРИЧЕСКУЮ ЛЕЧЕБНИЦУ. Спасибо, до свидания.
Старший сержант раздражённо швырнул трубку телефона на рычаг, и устало откинулся на стуле, потирая виски:
-Господи! Как же устал от всех этих ЛУНАТИКОВ...
-Это вы про кого, Эдвард? Про своих офицеров? Ха-Ха-Ха!
Все полицейские в отделе косо уставились на начальницу Уголовного отдела. Возникновение Гримм в отделе Патрульно-Постовой Службы не было ни для кого тайной, ибо отделы располагались по соседству. По... Хммм.... Скажем так... Инициативе детектива Бойла, и детектива Риза, перегородки между отделами были убраны, когда они решили после трёх бутылок пива сыгрануть в боулинг, некоторое время назад. Риз тогда выиграл. Он своим шаром вышиб не только все кегли, которые разлетелись по Уголовному отделу как картечь, но и хороший кус перегородки. Всё было бы ещё ничего, если бы одна кегля не попала бы в лоб лейтенанту Гримм, а шар не отдавил бы хвост констеблю Гудди. И уж финальный аккорд сделал шар Бойла, который, промазав мимо кегель, проделал ещё одну широкую брешь в перегородке, и напоследок выбрал место своего приземления на лапе Старшего сержанта Фортескью. Несмотря на свои глубочайшие познания в области нецензурных выражений, личный состав полицейского участка №6, и его заключённые, не смогли потом описать даже одного слова из яростного монолога старшего сержанта...
Фортескью, как джентльмен, пропустил этот выпад и, уткнувшись в свои бумаги, устало произнёс:
-Мне всё время звонит один тип. То он говорит, что застрелил...
