---1---
    Ветер буйный над степью гуляет,
    Травы высокие он колыхает,
    Гнёт редких деревьев ветки,
    Встревоженно квохчут куры-наседки.
    Сухие травинки ускоряют свой бег,
    И громко хлопают тенты телег,
    Что по дороге со скрипом прутся.
    А за караваном гиены всё трутся,
    Ищут себе добычу простую,
    Но чуть что — все в рассыпную.
    От былинок сухих лёгкий хруст,
    Бежит по степи огромный мангуст.
    Лев его крупнее едва,
    Потянет он центнера эдак на два.
    Те кто мельком его в поле видали,
    Долго думали и репы чесали.
    А он всё бежит, словно планирует,
    Лапами грунт сухой компостирует,
    Мыщцы под шкурой так и катаются,
    Глаза зелёным переливаются.
    Он несётся дорогой прямой,
    Алеет восход у него за спиной,
    А за горами туманными вдаль
    Стеною деревьев встает Ашенваль.
    То ли туман там висит, то ли дым,
    Вечный сумрак распростёрся над ним.
    Нефиговых размеров этот мангуст
    Отдохнуть с дороги уселся под куст.
    Носом усатым повёл неспеша —
    Запахи в норме, заря хороша,
    Последние звёзды на небе сверкают,
    Голуби толстые стаей летают,
    У пруда щёлкают клювами цапли,
    Росы блестят чистейщие капли,
    И под ногами Земля-Мать живая...
    Всё ничего, а радость какая!
    Глубоко мангуст свежий ветер вдохнул,
    Улыбнулся счастливо, немного зевнул
    И, посидев спокойно чуть-чуть,
    С новыми силами тронулся в путь.
    На границе ашенвальского леса, средь гор,
    Ущелье, известное на весь Калимдор-
    Сдесь вышла народов недобрая встреча,
    И долго кипела кровавая сеча.
    Ничто не сулило подобного горя-
    Как приплыла Орда из-за моря,
    Вождь великий по имени Тралл
    Орков добывать древесину послал.
    Ну с кем не бывает, разок облажался,
    Увидел столько леса и не удержался!
    А ведь ему предлагали варлоки
    Из глины-песка штамповать шлакоблоки,
    Готовы были и ночью и днём
    Печи топить инфернальным огнём.
    А Тралл развонялся — мол, окультизм,
    Подачки для демонов и фанатизм...
    И Гром Хелскрим повёл свой клан-
    Мужик неплохой, но увы — хулиган.
    Вдобавок факт сохранился такой,
    Что он в Ашенвале укурился травой,
    И проснулась в нём тёмная часть нутра...
    Наркотики не доведут до добра.
    В итоге количество орков огромно
    В лес вломилось довольно нескромно,
    Чему аборигены оказались не рады-
    А в лесу Ночные, в лесу дриады,
    В лесу сатиров целые стаи,
    И до кучи еще тимбермаи.
    Прозвучала в ущелье боевая труба,
    И началась молотьба и пальба-
    Небо грифоны крыльями кроют,
    Грозно волки огромные воют,
    Ночь от пожаров стала светла-
    Артиллерия в ход тут же пошла.
    Едва только стали бои стихать-
    Кенариус взялся орков гонять!
    Стал он орать:«Я Кенариус, нах!»
    А было его видно плохо впотьмах.
    Кричат ему:стой! А он как в танке,
    Тоже наверное жахнул по ханке.
    Плохо окончилась эта затея-
    Ударила залпом катапульт батарея,
    Был Кенариус пущен в расход
    Вместе с гектаром древесных пород.
    Осталась одна обгоревшая тушка-
    Вот такая вот, нафиг, петрушка...
    И с тех пор на многие годы
    Обосновалися сдесь воеводы,
    Редко когда становилося тихо —
    Орки с Ночными сшибалися лихо
    И с фанатичным криком «уря!!»
    Друг друга в могилы вгоняли зазря...
    Но на всякого клопа найдётся дуст —
    Бежит по степи огромный мангуст.
    Вот уж вокруг фермы да пашни,
    Мощно стоят дозорные башни,
    И по табличкам узнать легко —
    Лесопилка Варсонга недалеко.
    Капуста квасится в бочке под гнётом,
    Орк на посту сидит с пулемётом,
    Вдруг мимо мангустище — шасть!
    Часовой удивлённо разинул пасть.
    Сначала хотел фугануть в него пулей,
    Потом решил — да ну этих друлей!
    По старым дорогам мангуст пробирался,
    И скоро в ущелье далеко оказался.
    Прятался он вполне по уму,
    Но тут вышел слон навстречу ему.
    Впрочем, название «слон» не к лицу-
    Так, слоник, размером с овцу.
    Сизый дым над мангустом поднялся
    И на месте том таурен оказался:
    Грозный бычище, закован в броню,
    Взгляд зелёный подобен огню,
    Толстые брёвна хрустят под ногой,
    И огромная палка висит за спиной.
    Хоботом своим тряся как индюк,
    Слоник тот же проделал трюк-
    Форму сию с себя скинула лихо
    Тоже друля, Ночная эльфиха.
    Взглядом друида два повстречались,
    И тут же весело расхохотались-
    Старая то оказалась подруга
    По работе Изумрудного Круга.
    Всё ещё ржа, рогатый сказал:
    -Даже в слоне тебя сразу узнал!
    Ну и форму придумала ты,
    Ржу нимагу, просто кранты!
    На то длинноухая ему отвечала:
    -Да и мангуст твой неплох, для начала!
    Если достать ещё редкую ветку,
    То смогу превратиться в креветку.
    А что на тебе за доспехи? Похожи...
    Да неужель из драконовой кожи?!
    Махнул тауряк: «За Тёмным Потралом
    Этого хлама, поверь мне, навалом.
    Ты мне лучше поведай, сестрица,
    Что да как увас тут творится.
    Смогли ли вы излечить те болота?
    И в Фелвуде как протекает работа?»
    Так возле пня двое и сели,
    И долго они оживлённо галдели,
    Оба токуют, как тетерева,
    Вдруг — шуршит под ногами трава,
    Эльфы Ночные прутся отрядом,
    Всадники на белотиграх рядом,
    Стрелы в колчанах уложены в ряд,
    И негромко кольчуги звенят.
    Два друида хотели уж смыться,
    Но видят — пыль по дороге клубится,
    Скачут волки размером с коня,
    Блестят топоры, грохочет броня,
    И, сминая ногами кусты,
    Грозной стеной наступают грунты.
    Неспеша таурен на пень поднялся:
    -Такого дурошлёпства я навидался!
    Слушайте вы, и вы тоже-
    Стойте на месте, а то дам по роже!
    Командир Ночных ему говорит:
    -Не надо понтов, у нас тоже друид!
    Но эльфиха, его смерив взглядом,
    С тауряком встала рядом.
    Сказала она:«Внемлите словам!
    Круу-угом! И марш по домам!»
    Нападать на двух монстров таких
    Решится только законченный псих.
    Утухли Ночные, попятились орки,
    Но тут вылетает грифон из-за горки.
    Носом в кусты уткнулась скотина,
    Сбросила со спины паладина.
    Этому речи — горохом об стол,
    Взгляд пустой и дыбом хохол.
    Выхватил меч, на касты нажал
    И на орков прямиком побежал.
    Но пол-беды такая фигня,
    Ночных накрыло потоком огня-
    Андедский варлок, ибо мозг его мал,
    Огненный дождь на них накастовал.
    Раздался грохот стали и вой,
    И оба отряда ринулись в бой.
    Сказал тауряк:«Не сдаваться до срока!
    Ты убери негодяя-варлока!»
    И, превратившись в медведя-махину,
    Лапой по морде сыграл паладину.
    Стрелою в кусты эльфиха метнулась,
    Кошкой мощной враз обернулась,
    Варлоку крадучись выбралась в тыл,
    И острыми когтями зарезан он был.
    Зелёными вокруг сыпля огнями,
    Друиды паладина скрутили корнями,
    Орки набросились с разных сторон,
    И на части разорван был он.
    Тауряк на пень огромный встал
    И бурю локальную накастовал-
    Вряд ли он лучше выдумать смог,
    Все на поле попадали с ног,
    И после, конечно, не задержались-
    Ноги в руки, и все разбежались.
    Воды из пруда тауряк налакался
    И на землю присев, тяжело отдувался:
    -Вот уж не думал я ни фига,
    Что так напрягать придётся рога!
    На рожна учинять подобный погром?
    Что у них — шило в месте одном?!
    -Да невесёлые это дела,-
    Эльфиха рукою вокруг повела,-
    -Не избавиться нам от этого груза,
    Магата говорила, что это медуза...
    Шерсть таурен почесал там и сям:
    -Какая медуза, к собачьим гусям?!
    -Ну, как бы тебе объяснить?
    Скажешь ведь, что не может быть.
    Медуза в ответе за подобные зверства,
    Проще говоря — это демон имперства.
    И его не достать стрелойтопором,
    Ибо существует он в мире ином.
    Такие на войны народы толкают
    И кровь пролитую жадно лакают.
    Шаманы, проявив немалую прыть,
    Оргриммарскую медузу смогли победить.
    Но многое о том нам говорит,
    Что ещё одна над Тельдрассилом висит.
    С такого вот непростого рожна
    И продолжается эта война...
    Хмуро они огляделись вокруг-
    Сапогами истоптан весь луг,
    Обломки деревьев сухие торчат,
    Над полями сражений вороны кричат.
    От дождей да ветрами источены, белы
    Кости повсюду да ломаны стрелы,
    И на холмах, от низов до вершин,
    Доспехов куски и обломки машин.
    -Значит так,- сказал тауряк,-
    -Стрелойтопором не достанешь никак?
    Но всё равно, согласись, мы должны
    Стереть в порошок силы этой войны.
    И это не первая наша беда!
    Так что, подруга, в Мунглейд айда!
    Арканные вихри от рук их взвились,
    Кастанули друиды — и растворились.
    
    ---2---
    Крупная рыба по морю плывёт,
    Плавать рыбу, видимо, прёт.
    Вдруг надвинулась какая-то глыба
    И в глубину устремилася рыба.
    Нет для рыбы маневра умней-
    Огромный корабль проходит над ней,
    Пузыри в воде винтами вздымает,
    Грохочет изрядно, железом воняет,
    След широченный от него на волнах,
    Солёные брызги блестят на бортах,
    Из труб четырёх в мокрую стужу
    Дыма клубы валят наружу,
    Мачты высокие громко скрипят,
    И паровые машины шипят.
    Прочна бортов серая сталь,
    Пушки мощные пялятся вдаль,
    Закрыты щитами они из мифрила,
    И неслаба их ударная сила.
    Велика была мастеров работа-
    Крейсер «Варсонг» ордынского флота
    На любого врага нагонит страх,
    И прёт по морю на полных парах.
    В топках пыхает жаркое пламя,
    И на ветру полощется знамя.
    Погода сыра, что в общем не чудно,
    Тралл стоит на мостике судна.
    Наждаком свой очищая топор,
    Взглядом обводит морской он простор.
    Ворчит слегка, видом хмур:
    -Переговоры... Смех для кур!
    Если-б не эти друдни-бакланы,
    Кое-кому нанёс бы я раны!
    Но в основном — сидит и молчит,
    Так что больше для виду ворчит.
    А друдни — они пожалуйста, вот:
    Лезет по мачте огромнейший крот,
    Медведь бока об надстройку трёт,
    Рядом с бортом креветка плывёт,
    А на палубе возле ангара
    Друг друга гоняют два ягуара.
    Тралл посмотрел, усмехнулся снова:
    -Вот же бакланы, честное слово!
    Может быть, да помогут нам духи,
    Очередной тупой избежать заварухи
    Удастся с помощью друдней сих...
    Тут креветка в воду — буу-ултых!!...
    В тумане земли не видно нигде,
    Крейсер идёт по тёмной воде,
    Баржу он на буксире тягает —
    Это несильно его напрягает,
    Ибо могучи паровые машины!
    А к барже прицеплены три субмарины.
    Ход у них медленнее раза в два,
    Пятнадцать узлов осилят едва.
    Движется ровно связка такая,
    Сзади эскадра идёт остальная —
    На паровом ходу эсминцы прут
    И штук пять десантных посуд.
    Плывут они средь морского простора
    Вдоль северных берегов Калимдора,
    По ледовому морскому пути
    К Тельдрассилу они собрались подойти.
    Резон сделать это не мал,
    Тралл послание перечитал:
    «Для прекращения скотской войны
    С Ночными встретится вы должны.
    ...