жёлто-синей сменилась на нормальную, белую. Мы встретили ящера — в белом халате с маской на морде и даже в шапочке. Зелёный, зыркнув на нас скрылся в одной из дверей и там чем-то зашумел.
    Но псы не обратили внимания на него, и наконец-то мы пришли. Здесь, совсем рядом с вокзалом, оказывается была довольно высоко технологичная медицинская лаборатория — а это не могло не радовать. Постепенно мы дошли до центра — а точнее нас впустили в операционную, где оставили втроём.
    Вообще три грязных, не мытых и крайне лохматых солдата, оставленные в стерильно чистом, белом интерьере, на мой взгляд, смотрелись более чем комично. Я немного подустал, но отложить и даже поставить оружие на пол не смел — так всё было чисто. Ни один из моих коллег — тоже, хотя Добб явно заманался таскать свой гранатомёт в боевом положении. Только он захотел перевесить его на спину, как в операционную вошли два врача — тоже ящеры, все в белом и стерильном.
    -Оружие на кушетку, ко мне в очередь, — проворчал один их них, натягивая на свои лапы латексные перчатки. Другой, очевидно его помощник, бросился стелить на кушетку клеёнку.
    Ящер, который командовал, открыл небольшой сундучок на полу — закрывался он на чисто символический ключ, который песец разломал бы без всякого труда. Там оказалось несколько шприцов, пачка таблеток и три капельницы — как раз на нас троих. Первым он взял довольно увесистый шприц, полный мутной желтоватой жидкости.
    -Ну? — спросил он через повязочку, сняв колпачок с иглы.
    Я попросил Добба пройти первым. Тот попросил терминатора, который в свою очередь сказал что я, как старший по званию, должен идти первым.
    -Стайка детсадовских девочек-целочек и то храбрее, — прошипел ящер через свою повязку.
    Я что есть силы шикнул на добермана через сжатые зубы. Песец зарычал, а Доберман оскалился на него.
    -Старший по званию пойдёт последним! — рявкнул я, показывая пальцем на доктора. Ящер усмехнулся, хлопнув себя по лбу.
    Доберман рыкнул на меня, выражая своё негодование, и подошёл к врачу. Не церемонясь, ящер хлопнул пса по спине — доберман выдержал это стойко как никогда.
    -Железный? — спросил доктор.
    -Кто железный?
    -Позвоночник твой!
    -Так точно.
    -Киборг?
    -Так точно, — отвечал доберман без лишнего энтузиазма.
    -Модель?
    -Д-тысяча.
    -Ага, понятно. Заголяй, — велел ящер, похлопав добермана по заднице.
    Мы с Терминатором не выдержали, прыснув в кулаки. Пёс, казалось, готов был покраснеть.
    -А по-другому никак? — спросил он.
    -Модель твоя достаточно поздняя — у тебя всё естественным путём, — сказал ящер.
    Сжав зубы от злости, пёс скривился, расстёгивая ремень и чуть-чуть приспуская армейские камуфлированные штаны. Ящер на это посмотрел, сидя на своём кресле, нетерпеливо сжав шприц.
    -Чё ты мнёшься как девочка-целочка!?
    Доберман приспустил штаны ещё и зажмурился.
    -И это лучшие? Да я таких лучших косторезом порубаю... — посетовал он, вводя толстую иглу под шерсть доберману. Добб сжался, заскулил немного, но явно в шутку. Не знаю чем можно напугать пса, который гвоздём вынимал из своей руки пулю, и уж тем более как ему сделать больно. Доктор ввёл всё содержимое внутрь, и шприц отложил в отработку.
    -Вот... И не вздумай лизаться, псина ты шелудивая... — напутствовал доктор, ещё раз похлопав добермана чуть ниже его короткого хвоста, — Следующий! Ты никуда не уходи, ещё не всё....
    Я кивнул песцу, чтобы тот шёл к доктору. После того, как мы узнали, что нас ждёт, терминатор подошёл к доктору вполне уверенно.
    -У тебя что железное? — спросил ящер, готовя следующий шприц.
    -Экзоскелет модели Э-600 внешний, — бодро, как на параде, ответил песец.
    -Ага. Ты тоже заголяй, — усмехнулся врач.
    Полярный лис, издеваясь над нами, бодро повернулся к доктору и быстро снял штаны чуть ли не до колен, чуть наклонившись вперёд. Ящер, сохраняя свою естественную хладнокровность, немного ошалел от вида задницы песца.
    -Я ведь могу и в очко кольнуть, — предупредил он. Сконфузившись, белый натянул свои штаны обратно, и получил свой укол. Недовольно виляя хвостом, он отошёл к нам и гневно посмотрел на меня. Пожав плечами, я шагнул к ящеру.
    -Ну а у тебя что? — уже куда более добрее спросил доктор, снимая колпачок с иглы.
    -А у меня ничего, — спокойно ответил я, пожав плечами. Доктор кивнул мне и сказал:
    -Надеюсь, ты знаешь, что нужно делать.
    Я спокойно развернулся к нему задом и чуть приспустил штаны. Укол был довольно грубым, но явно профессиональным — лапа зелёного даже не дрогнула, и боль прошла сразу же, как только из меня вывели иглу. Я натянул штаны, и подтянул ремень.
    -Так, теперь вот, — ящер достал из медицинского ящика пачку таблеток, — Тебе, железный, одну, любителю показывать задницу кому не попадя — три. Тебе — четыре.
    Он выдал всем по нужному количеству запакованных таблеток. Перевернув плашку, я прочитал дату изготовления.
    -Это что — довоенные таблетки?
    Доберман между тем спокойно проглотил свою таблетку и повёл плечами, ожидая эффекта. Песец же немного притормозил — только я ещё не выдавил свои таблетки из пластика.
    -Не хочешь — не пей, — спокойно ответил ящер, пожав плечами.
    -А они не испортились? — поинтересовался я, вертя небольшие пилюли.
    -Такие вещи не портятся, друг мой, — ответил за ящера Добб, — Это анти-радин, да?
    -Он, родимый, — подтвердил ящер.
    Я посмотрел на таблетки — уж если Добб сказал что это можно есть — значит это действительно меня не убьёт.
    -Ууу... — потянул песец, который успел проглотить свою порцию, — всё что нас не убивает, то нас делает сильней?
    -Да, — подтвердил доктор, — препарат слабый — прикроет вас от радиации на несколько часов, которых вам должно хватить.
    -Что он делает? — спросил я, проглатывая свою самую большую порцию, — Просто интересно.
    -Замораживает все процессы в вашем организме. Не будет хотеться ни спать ни есть, ни даже на горшок сходить. Можете не волноваться — полностью протестирован — сам участвовал...
    -И как?
    -Как видишь — жив ещё.
    Ящер отдал нам по три капельницы с иглами, недоверчиво посмотрев на нас.
    -Надеюсь, вы знаете, как этим пользоваться? А, впрочем не важно. Это крайняя мера — если кто-то из вас попадёт под сильное облучение на месте.
    -Хотите сказать, что никакой защиты нам не дадут? — спросил песец.
    -Нет, она вам и не нужна особо. Груз понесёте в свинце — будет немного тяжело, но только для тебя, — доктор кивнул на меня, — железные дровосеки спокойно справятся.
    -Я не железный дровосек... — в душе оскорбился доберман.
    -Конечно-конечно. В отличие от ранних моделей ты всё-таки из плоти и крови — но живёшь долго...
    Помощник доктора проверил какие-то медицинские препараты, и спросил у доктора:
    -Может дать им ещё чего-нибудь на случай боевых ситуаций?
    -Думаю что два киборга справятся своими силами, — ящер встал со своего места, стягивая перчатки, — Берите свои пушки, натягивайте штаны, кто ещё не натянул — моё дело на этом кончено.
    -И что теперь?
    -Что-что... Генерала ждите — он пояснит.
    Мы переглянулись. Песец пожал плечами, Добб усмехнулся и взял свой гранатомёт ещё до того, как доктора покинули операционную. Младший из них испуганно посмотрел на пса, который воинственно поднял свой ствол, неприятно посмотрев на уходящих ящеров.
    -Никогда мне эти хладнокровные не нравились. Много о себе возомнили, понимаешь...
    Мне они действительно не нравились. Ящеры, змеи и прочие рептилии, существовавшие в России были остатками древней элиты и правительства нашего государства. Такое странное тело могли купить очень не многие, но для тех, кто остался после окончания эвакуации, выбора не было. Война, продолжавшаяся после изгнания десяток лет нашла себе основную цель — истребить всех людей под корень. Они, конечно, быстро попрятались, захотели взять себе более звериное обличие — но так как все лаборатории занимались производством генетически совершенных воинов, они сбросились и выкупили себе всего одну лабораторию. Но, чтобы отличаться от остальных — они взяли за образец быстрых и ловких живородящих ящериц и некоторых змей. Получилось у них довольно хорошо — наделённые врождённой ловкостью и молниеносной реакцией, бывшие люди остались в своём доме. Они единственные, кто следил за сохранением технологий, законов и даже окружающей среды — хотя от неё, после войны ничего не осталось.
    В любом случае — мои догадки подтвердились. К нас снова пришёл не пушистый зверь — наш генерал, которого лично я видел только один раз и то издалека.
    Высокий, статный змей с красно-чёрной чешуёй, подтянутый и даже в какой-то мере красивый. У него даже было некое подобие волос, пусть и довольно странное — с головы свисало множество небольших длинных отростков, похожих на не очень толстые косички, которые некоторые звери делали из длинных волос. У змея они были под стать его общей раскраске — красно-чёрные, в полосочку. Я зябко поёжился, чуть приподняв шерсть по всему телу — мне казалось что они у него шевелятся.
    Но я был не одинок в своём оцепенении перед генералом — даже доберман, который, по его собственным рассказам, не раз видел нашего генерала, немного оцепенел от его вида. Терминатор так вообще рот открыл.
    -Лучшие — а дисциплина хромает, — напомнил нам змей с совсем лёгким шипящим акцентом.
    Меня Добба и песца как громом поразило. Мы втроём вытянулись в струну, быстро выровнялись в одну шеренгу и дружно поприветствовали нашего главнокомандующего:
    -Здравия желаем, товарищ генерал!
    -Вольно, — махнул он лапой, — на этом я предлагаю окончить нашу официальную часть и перейти к настоящим делам.
    Он выудил из своего мундира небольшой серый конверт и не торопясь открыл его своим когтем.
    -Операция, что вы проведёте, проводиться в обстановке строжайшей секретности. Даже я, пока не посмотрю на листочек в этом конверте, не знаю что вам предстоит — так уж надо, и по сути дела вы сейчас играете в лотерею. Те, кто знают... что ж, им сейчас гораздо лучше, чем мне и гораздо лучше чем вам.
    Он вытащил из конверта небольшую пластиковую карточку и продемонстрировал её нам. На ней была написана одна цифра — 9.
    -Что это значит? — спросил...