отряжать бойцов чтобы те охраняли дрезину на протяжении всего пути, но после потери двоих солдат полковнику этого показалось мало. Он приказал установить на платформе дрезины два станковых пулемёта, чтобы налётчикам жизнь мёдом не казалась. И действительно — один вид орудий, установленных на локомотиве приводил всех бандитов в состояние, когда мозги работали как надо, а не как хотелось. Никто из них почему-то не хотел получить пару бронебойных пуль в какую-нибудь часть тела, даже не обязательно жизненно важную. Мы получили четыре с половиной дня спокойствия, но и они закончились...
    Все началось с того, что одна из дрезин пропала. Она должна была доставить продовольствие, но прошло несколько часов с того момента, как она должна была к нам приехать, а новостей так и не поступало. Самое странное, что радио тоже молчало.
    Тогда шакал, от безысходности, приказал послать спасателей — если с дрезиной что-то случилось, то экипажу нужна помощь. Дело клонилось к вечеру — спасать экипаж естественно взяли самых опытных: команду Молотова, и меня с Доббом для огневой поддержки. Огневую поддержку, в случае чего должен был обеспечить мой друг, я же по большей части просто представлял командование, но не командовал. Возглавлять операцию решился сам Молотов.
    В назначенное время мы встретились у локомотива, и обменялись приветствиями. Пёс затянулся самокруткой в последний раз и бросил её под колёса локомотива.
    -Ну что, мужики, готовы? — Осведомился волк.
    Я пожал плечами:
    -Всегда готовы. — Добб уверенно кивнул, держа своё оружие наготове.
    -Ну вот и отлично. Ща дождёмся моих ребят и пойдём.
    -Мистер Ба-Бах с нами? — Поинтересовался я кивая на Динозаврика.
    -Конечно. Стройка может продолжаться и без него несколько дней, а если там что с дрезиной — поможет нам её починить.
    -Смело, — согласился я, — Всё-таки он тоже ваш боец?
    -Моих бойцов у меня нет, а мои ученики — есть, — мудро заметил Молотов, приподняв палец, — Вон кстати они и идут.
    К нам подошли восемь бойцов в армейской форме в бронежилетах с разгрузками забитыми боеприпасами. Оружие которое они держали в руках, тоже вызвало у меня удивление — сплошь Калашниковы с подствольниками и колиматорными прицелами.
    Позади шел здоровяк с РПГ на плече.
    Я покосился на волка:
    -Собираем всех как на войну ради спасательной операции? — спросил я.
    Пёс спокойно смерил меня взглядом, но давить опытом не стал. Только заявил:
    -Ну тогда может вылезете из брони, и поедете с нами в одних панамках?
    -Попрошу не обобщать, — рыкнул Добб, перебирая пальцами по корпусу своего гранатомёта.
    -Заодно нам бы дали поносить. — перебил наш разговор один из доберманов в строю, вроде как Рико.
    -Не твой размер, — прорычал Добб, отворачиваясь.
    -Долго еще лаяться собираетесь, — прохрипел старый серый пёс и выудил из нагрудного кармана ещё одну сигарету.
    -Никто не лается, — строго сказал я на правах старшего по званию, — Мы все тут друзья.
    Молотов одобрительно хмыкнул.
    -Вот это дело. Не гоже перед делом, друг друга херами обкладывать.
    В этот момент Динозаврик передал своему командиру новый пулемёт Калашникова.
    -Модернизировал как вы и просили, товарищ командир.
    -Сделал? — спросил пёс, проверяя затвор.
    -Так точно, — кивнул чёрный лис, гордясь своей работой. У всех в отряде оружие было уникальным, и больше ни у кого такого не встретить — над каждым образцом вооружения поработал наш военный инженер. Главной огневой мощью у них был Люгер — здоровый чёрный волк, подрывник и гранатомётчик, вооружённый старым американским однозарядным гранатомётом, сильно переделанным под наши подствольные гранаты. Конечно по сравнению с моим большим другом он был просто девочкой с лопаткой, но его мастерство компенсировало недостатки его оружия. Волчара ещё и гранат на себя навесил столько, что хватило бы разбомбить наш локомотив, и взял два пистолета Стечкина — тоже не заводского стандарта. Черкес с Рико — это были такие местные убийцы. Вооружены простыми укороченными автоматами, каждый может стрелять двумя сразу, с обеих лап. Черкес ещё зачем-то таскал с собой Магнум сорок четвёртого калибра, которым при желании можно было продырявить насквозь хороший двигатель внутреннего сгорания. К счастью патроны для него были настолько редки, что я даже не видел как он из него стреляет. Ну и Заяц — вспыльчивый как порох и прямой как полено — навесил на свой автомат столько всякой всячины, что это теперь трудно было назвать автоматом — в нём была даже откывашка для пива. Про него я слышал, что если у него кончаются патроны (а стрелять он мог аж пятью разными калибрами, начиная от обычных девяти миллиметровок и кончая четырнадцатым) он прямо на ходу мог разобрать своё оружие и кидаться запчастями во врагов. А вообще он был весёлым псом. Ну а единственный лис в отряде Молотова был практичен и запаслив как никогда — автомат, пистолет, пара гранат две противопехотные мины, запас патронов. Не лис а прямо один-зверь-армия.
    Оглядев этот образец несуразности, пёс снова затянул сигарету и отбросил её в сторону локомотива.
    -Ладно, как уже сказал старший лейтенант — всё просто и понятно. Находим наших друзей на дрезине, спрашиваем что случилось, по возможности волочим дрезину назад. Держимся подальше от рельс, я всё ещё не верю что питание на одном из них отключено, — пёс внимательно посмотрел на ядерный локомотив и пучок проводов, который выходил из кабины и растекался по всей стройплощадке, освещая её, — По возможности не светимся сами.
    Как только все бойцы отрапортовали о готовности, мы все вышли с территории стройки и отправились вдоль железнодорожных путей на поиски пропавшей провизии.
    -Добб, если можешь, то смотри вперед тепловизором, может пригодится.
    -Уже, — буркнул пёс и внимательно посмотрел на меня. Глаза горели тускло-красным светом.
    От такого взгляда андроида я с непривычки поёжился, и взвёл свой пулемёт. Держа его в боевой готовности, мы ушли в ночь, по стальному пути.
    Черная точка впереди нас росла, пока в темноте не выступили очертания стоящей на рельсах дрезины. Молотов махнул лапой, подгоняя бойцов, и мы все поднажали, перейдя на бег.
    Сначала я не понял, что это за мешки и тряпье валяются вокруг брошенной дрезины. Но когда мы подошли в упор, я понял, что это не мешки — это наши снабженцы. Кто-то устроил на них засаду, подпустил в упор и перебил всех, кто был в дрезине. А затем, судя по расколотому и вывороченному колесу перекошенной дрезины, принудительно остановил ее из гранатомета. Тут уже никакие пулемёты не помогли — налётчики судя по всему работали по хорошо спланированой схеме.
    -Заняли оборону, быстро, — приказал Молотов, и мы горохом рассыпались вокруг нашей тележки.
    Динозаврик тихонько присвистнул и приподнялся:
    -Ни фига себе!
    -Есть кто живой? — сразу спросил я, косясь на Добба. Пёс медленно обвел поле брани взглядом, обследуя его своим тепловизором, и отрицательно мотнул головой:
    -Живых не вижу.
    Пока мы с Доббом разбираться с потерями, Люггер пригнувшись, перебежал к подбитой дрезине, и замахал лапой в перчатке:
    - Это что? — Я проследил за другой лапой пса, и увидел сложенные баулы. Это значит, что нападавших было немного, и они не смогли унести все. И что скоро они вернутся.
    -Сс-с-с-сука! — процедил Молотов, и посмотрел на меня. — Они вернутся. Здесь не безопасно. Нужно забрать снаряжение и отчаливать.
    Пес повернулся к нашему саперу, — Дино, что у тебя?
    -Дрезина без капитального ремонта никуда не поедет, — отрапортовал лис, — Нам самим её до базы не дотащить.
    -Пулемёты?
    -На месте, но затворы отсутствуют. Патронов тоже нет.
    -Всё плохо, — подытожил я.
    -Хуже не придумаешь, — согласился со мной пёс, — Есть предложения?
    -Организуем им горячую встречу, — сразу же предложил Люггер, — Пара МОНок, ОЗМ, и занимаем круговую оборону...
    -А откуда они подойдут, гений?.. — саркастически поинтересовался доберман из команды Молотова.
    -Местность не та, — согласился его брат, — И откуда они пойдут мы не знаем.
    -И взрывать всё к чертям тоже не хорошо, — напомнил Динозаврик, чем вызвал насмешку чёрного волка:
    -Кто бы говорил, а? Целую неделю под канонаду живём, — ехидно отпустил Черкес.
    -Отставить, — строго приказал пёс, — Динозаврик прав, всё взорвать не самая лучшая идея.
    -Тогда засада? — почесал щеку один из братьев-акробатов.
    -Понятия не имеем откуда они явятся, — вздохнул Молотов и недоверчиво посмотрел на Добба, — Или знаем?
    -Слишком сыро и тепло, — сказал мой друг, — Сейчас уже нихрена не найдём.
    -Всё плохо, — в очередной раз вздохнул я.
    -Слышь, лейтенант... — подал голос Люггер. — А это не твои «благородные разбойники»?
    -Да пофигу, кто! Так, это тоже оставлять нельзя, — отозвался Заяц, — Они совсем оборзеют.
    Я оглядел кучу баулов с нашим добром, прикидывая сколько нужно живой силой чтобы всё это унести. Выходило около двух десятков бойцов...
    -Добб, у тебя рация в костюме работает? — спросил я.
    -Не, у меня рации нет, только у тебя, — почему-то шёпотом сказал мне Добб, — Просканируй частоты, до нас должно добить.
    -Я наушник забыл! — прошипел я, стараясь сделать так чтобы серый пёс меня не услышал. Добб тихо вздохнул и отцепил короткий шнурок от своего костюма.
    -На, только с возвратом!
    Я вставил провод в специальный порт, который располагался у меня на воротнике и приложил край к пасти. Действовать приходилось двумя лапами, поэтому свой РПД я поставил на предохранитель и закинул на плечо.
    -Вереск, Вереск, я Бук. Как слышите меня? Прием.
    Я поднял правый рукав, включив мониторчик бортового компьютера, и переставил передатчик на работу на обеих наших частотах и на частоте MAYDAY. Вся наша техника всё-таки была русской и никакой латиницы даже не поддерживала.
    В эфире тихо шипели радиоволны. И тишина...
    -Лесопилка, б#я! Говорит бревно! Ку-ку?
    -Я тебе такое ку-ку устрою, ввек не забудешь! — возмутилась затычка в моём ухе, — Ты откуда знаешь эту частоту, а?
    Голос показался мне знакомым.
    -Диверсантка, ты что ли?
    -О... Это кто?! — поинтересовалась она.
    -Этой старший лейтенант. Я в пяти километрах в сторону Красноярска. У нас тут , ситу...